Сайт «Антропософия в России»


 Навигация
- Главная страница
- Новости
- Антропософия
- Каталог файлов
- Поиск по сайту
- Наши опросы
- Антропософский форум

 Антропософия
GA > Сочинения
GA > Доклады
Журнал «Антропософия в современном мире»
Конференции Антропософского общества в России
Общая Антропософия
Подиум Центра имени Владимира Соловьёва
Копирайты

 Каталог файлов
■ GA > Сочинения
■ GА > Доклады

 Поиск по сайту


 Антропософия
Начало раздела > GA > Доклады > Материалы Эзотерической школы

Послесловие


Если хотят понять развитие человечества, необходимо обладать чувством трагического197.
Р. Штайнер

Через документы этого тома красной нитью проходит мысль о том, что важнейшая, если не решающая, проблема в духовнонаучной деятельности Рудольфа Штайнера должна быть очерчена в контексте полярности: Движение — Общество. Вплоть до Рождества 1923/24 он проводил принцип, согласно которому руководство Движения (и, соответственно, Эзотерической школы), с одной стороны, и Общества — с другой, должны быть строго разделены, так как трудно «соединить то, чего в наше, сегодняшнее время требует внешний пост, будь это даже и пост председателя Антропософского общества, с оккультными обязанностями перед откровениями духовного мира» (12 августа 1924 г., Торквей). В другом месте он говорит так: «Антропософское движение, являющееся, собственно, духовным течением, направляется из сверхчувственного мира духовными властями и духовными силами, которые здесь, в физическом мире, лишь проявляются; его нельзя смешивать с Антропософским обществом, являющимся — насколько это ему удается — только административным объединением для взращивания антропософского импульса» (16 апреля, 1924 г., Берн).

На это различие он обращал внимание с самого начала, и особенно определенно он высказался в лекции 22 октября 1905 г., где говорилось о внутреннем строении его эзотерической школы:

«Необходимо строго различать эти вещи друг от друга; их никогда нельзя смешивать вместе. И нельзя также, говоря о внешнем Теософском обществе, говорить об оккультных индивидуальностях, стоящих в истоках. Те силы, которые живут на высшем плане, вне физического тела, ради развития человечества, никогда не вмешиваются в эти дела. Никогда не дают они ничего иного, кроме импульсов. Когда мы значимым образом действуем для распространения Теософского общества, то великие индивидуальности, называемые нами Мастерами, стоят вместе с нами; мы можем обращаться к ним и дать им говорить через нас. Когда речь идет о распространении оккультной жизни, тогда говорят Мастера. Когда же речь идет лишь об организации Общества, они оставляют это тем, кто живет на физическом плане. В этом разница между оккультным течением и формами теософской организации. Позвольте мне выразить различие между тем, что протекает как внутреннее спиритуальное течение, и тем, что изживается через отдельных личностей, так, как оно, наверное, может быть выражено наилучшим образом: “Когда дело идет о спиритуальной жизни, то говорят Мастера; когда же встает вопрос только об организации, тогда возможны ошибки, ибо тут Мастера молчат”» (22 октября 1905 г.).

Когда в 1907 году Теософское движение и Общество оказались в смешении, поскольку Анни Безант, являясь руководительницей Esoteric School, стала Президентом Общества, это положение было скорректировано Рудольфом Штайнером посредством того, что он вывел свой первый эзотерический рабочий круг из Esoteric School, руководимой Анни Безант.

Внести определенность в проблематику полярности Движение — Общество Рудольф Штайнер попытался в 1911/12 гг., когда было основано новое независимое общество, в котором он не занял какого-либо поста и не стал его членом. Он действовал как полностью свободный духовный учитель и с административными вопросами Общества официально не имел больше никакого дела. Однако вскоре уже разразилась Первая мировая война, и жизнь Общества была сильно парализована. В послевоенные годы, когда расширение Общества посредством создания дочерних объединений вызвало сильную враждебность, пиком которой стал пожар первого Гётеанума в новогоднюю ночь 1922/23 гг., и стало очевидным, что Общество не было зрелым для этой борьбы, проблема Движение — Общество проявилась с несравненно большей значимостью. Теперь вопрос разрешения этого противоречия стал для Рудольфа Штайнера жизнерешающим личным делом. Мария Штайнер вспоминает, как в одну из тяжелых минут сомнения он высказал следующее: «Кто знает, не лучше было бы продолжать вести Движение дальше без Общества? За все ошибки Общества становлюсь ответственным я, а от этого страдает Движение»198.

Позднее, когда в начале 1923 года была начата реорганизация Общества и основывались общества в разных странах, было решено строить новый Гётеанум (а в Рождество 1923 года было организовано интернациональное Антропософское общество), в июне <того же года. — прим. ред.> Рудольф Штайнер прочел в Дорнахе восемь лекций «История и условия Антропософского движения в отношении к Антропософскому обществу»199. Взывая к самостоятельному размышлению, он разъяснял, что, осознавая задачи Общества, исходя из его внешних условий, необходимо вживаться в действительную духовную реальность, так как «Антропософское движение в состоянии жить лишь в таком антропософском обществе, которое является реальностью» (6-я лекция). На тот момент он все еще находился в борьбе за решение проблемы Движение—Общество. Даже в ноябре 1923 года, когда он был в Голландии по случаю основания там Общества, он еще сильно сомневался, «возможно ли для него вообще идти дальше с Обществом как таковым. Он сетовал, что, как выясняется, совсем не понимают, к чему он, в сущности, стремится, и, что, может быть, надо было бы только лишь с немногими людьми продолжать работать дальше в строго ограниченном кругу»200. И после того как он решился разрубить гордиев узел, взяв на себя, кроме духовных исследований и духовного руководства, также и ответственность за руководство Обществом, он, сообщая о своем решении, добавил слова: «Дело обстоит уже так, что в настоящее время вещи необходимо принимать очень, очень серьезно, крайне серьезно, или, иначе, должно было бы все-таки произойти то, о чем я уже часто говорил: мне пришлось бы тогда отойти от Антропософского общества» (23 декабря 1923 г., Дорнах).

Чтобы спасти Движение и Общество, он после «тяжелой внутренней борьбы» (24 декабря 1923 г., Дорнах) пришел к решению прервать, изменить прежнее оккультное установление о раздельности руководства Движения/Эзотерической школы и Общества. Везде, где им в течение 1924 года говорилось о новой конституции Общества, он разъяснял ее решительное изменение и подчеркивал, что, благодаря тому, что он сам стал председателем Общества, Движение и Общество стали идентичны. На практике для него это означало, наряду с обучением и духовными исследованиями, «деятельным образом вырабатывать на земном плане то, что в настоящее время хочет проявить себя в спиритуальных мирах» (5 сентября 1924 г., Дорнах), а также взвалить на себя весь тяжкий груз административного управления большой организацией. Что это такое, ему было слишком хорошо известно из опыта десятилетнего правления в качестве Генерального секретаря немецкой секции Теософского общества. Пережитое им в те времена Рудольф Штайнер, оглядываясь назад, называет «горьким», и только затем, чтобы не быть названным сентиментальным, он не говорит о том, что это было «мученичеством» (24 декабря 1923 г., Дорнах).

Сверх этого решение, принятое на Рождественском собрании, означало для него «принятие новой ответственности за Антропософское движение исходя непосредственно из духовной области» (9 июня 1924 г., Бреслау); и должно было быть учреждено нечто совершенно новое. Как для Общества, так и для Эзотерической школы теперь должны были быть созданы формы административного правления, которые сделали бы возможным представлять Антропософию в мире так, чтобы она смогла исполнить свою «мировую задачу» — образовать созданному материальной культурой мировому телу (Weltkörper) необходимую ему душу (25 мая 1924 г., Париж). Существеннейшее условие этого он видел в полной открытости Общества и Эзотерической школы с одновременным соблюдением необходимых для эзотерических работ жизненных условий. На этом пути Общество должно было стать, вплоть до своей конституции, самым современным в мире объединением (16 апреля 1924 г., Берн). Посему стали открыто публиковаться и предназначавшиеся до тех пор только для членов закрытые циклы лекций. Новая эзотерическая школа должна была быть устроена так, чтобы ей никоим образом не был присущ характер тайного общества. Если Школа 1904—1914 годов не имела истинно открытой организации — она была даже настолько независима от Общества, что многие его члены ничего не знали о самом ее существовании и ученики приглашались в Школу исключительно лично Рудольфом Штайнером, — то теперь «Свободная Высшая Школа Духовной Науки» с тремя классами и секциями по различным наукам и искусствам должна была быть закреплена в его Статутах как центр деятельности Общества и за членами стало признаваться право искать возможности поступления в Школу. «В самых широких кругах люди должны знать, что в ней делается» (30 января 1924 г., Дорнах).

Именно в принятии важнейшего решения — осуществить посредством своего вступления новый синтез позиций Движения/Эзотерической школы и Общества, бывших до этого совершенно различными, вновь особенно четкой становится самостоятельная позиция Рудольфа Штайнера перед ведущими духовными силами. По его собственному высказыванию, он пошел на большой риск, поскольку не знал, как отнесутся к этому силы, направляющие в духовном мире Антропософское движение; он должен был даже допускать опасность, что с принятием внешнего руководства духовные откровения, «от которых мы полностью зависимы, когда речь идет о распространении антропософии», иссякнут (23 мая 1924 г., Париж). Но вскоре ему было указано, что он поступил правильно и это его решение было с благоволением принято духовными силами, а поток духовных откровений стал даже сильнее прежнего, и поэтому в то же время против него восстали мощные враждебные силы, враждебные силы в духовной области, «которые на земле используют людей для своих дел» (23 мая 1924 г., Париж). Уже в те дни, когда основывалось новое Общество и новая эзотерическая школа, он испытал это на собственном теле через попытку отравления201. Хотя эта атака на его здоровье и была тогда отражена, но физические силы Рудольфа Штайнера все-таки остались сильно ослабленными. В течение девяти месяцев он всё еще нес на себе непомерный груз духовного учительства, а также и заботу о создании новых административных форм, затем тяжело заболел и 30 марта 1925 года был отозван от физической деятельности.

Великое эзотерическо-социальное дело будущего ему пришлось оставить незавершенным.

Жизнь Рудольфа Штайнера, как и всех выдающихся людей духа, исполнена трагичности; только эта трагичность не такова, какой ее обычно понимают, основываясь на дефиниции, восходящей к величайшему мыслителю дохристианского времени, Аристотелю. Аристотель определяет сущность трагического как напряжение, которое возникает из неизбежной сопряженности человека с взаимно антагонистическими силами, определяющими его жизнь. Иная трагика жизни Рудольфа Штайнера заключается в том, что он из совершенно свободной воли поставил себя в соотношение напряжений, дабы уравновесить противоположности, перекинуть мосты, — так, что даже его мощные силы были этим полностью подорваны.

Подойти к глубокому значению его последней попытки уравновесить разность Движения и Общества, попытки, совершенной сверхусилием, которая вызвала преждевременную смерть, необходимо, быть может, прежде всего через сравнение с полярностью точки и круга. Ибо основное направление его творчества определялось познавательным переживанием (Erkenntniserlebnis), родом перво-интуиции (Ur-Intuition), которая выражается в полярности «точка — круг»202. Эта перво-интуиция (а по словам Штайнера, «интуиция пунктуальна»203) очевидным образом идентична Первой из Семи великих Тайн Жизни, указание к которой гласит:

«Размышляй: как точка становится сферой и всё же остается точкой. Когда ты поймешь, каким образом бесконечная сфера является лишь точкой, то возвращайся, ибо тебе откроется бесконечное в конечном»204.

На внутренний род переживаний этой полярности указывает применимый к этой Великой Тайне Жизни terminus technicus «Падение в бездну»; так как для того, чтобы от точки прийти к кругу, должна быть преодолена бездна (которую, в другой связи, Рудольф Штайнер называет также «выворачиванием» («Umstülpung»)). Только лишь после этого может открыться путь к реальному познанию основополагающей для человека полярности: полярности Я и Мира.

Когда Рудольф Штайнер в годы своей учебы, в 1879/80 годах, через синтетическую геометрию познал возможность математического доказательства того, что бесконечно удаленная правая точка является той же, что и бесконечно удаленная левая, то есть что круг — качественно то же самое, что точка, это познание сделало для него постигаемым также математически спиритуальное представление о лежащем в основе времени интерферированном двойном потоке — эволюции и инволюции. Позже родилось познание действенного трехчленного принципа мироустройства в смысле уравновешивания полярностей, и в дальнейшем этот принцип был методически выстроен.

Отсюда можно вывести, что Рудольф Штайнер свое познание о «Я — Мир» получил на пути переживания «выворачивания» «Точка — Круг». Это ясно видно по трем его характернейшим творениям. Вот эти три творения: в области науки познания в контексте полярности «Точка —Круг» полярность составляют труды «Философия свободы» и «Тайноведение»; в области художественного творчества — двухкупольная архитектура первого Гётеанума; в эзотерико-социальной области построения Общества — это концепция двухкупольности Духовного Гётеанума.

О том, что труды «Философия свободы» и «Тайноведение» — основные репрезентанты Я- и миропознания в свете полярности «Точка — Круг», Рудольф Штайнер говорил сам. Когда его однажды спросили, осознавались ли им уже в то время, когда он писал «Философию свободы», духовные Строители Мира, Иерархии, как они представлены в его «Тайноведении», он ответил, что да, осознавались; но язык, на котором он тогда высказывался, не давал еще возможностей формулирования; таковые пришли лишь позже. Однако хотя в «Философии свободы» понятия Иерархий пока и не были сформулированы, но они в ней содержатся. Ибо если человек пробьется к описанным там переживаниям свободы, то воспримет не только человека как духовную сущность, но и Иерархии, так как все они есть в человеке. И затем последовала важная фраза: «В духовном ви´дении предстает то, что есть в человеке как его духовное окружение»205. В подобном смысле он указал на «Точка —Круг»-интуицию в отношении полярности Я- и миропознания (в последней части цикла «Духовные иерархии и их отражение в физическом мире» (ПСС 110), суммируя сказанное следующими словами: «Мы … спрашивали себя о смысле человека, и мы попытались обосновать этот смысл человека — точки посреди Вселенной — согласно указаниям мистерий; разгадать человека из окружающего его мира — разгадать точку из круга! И этим самым наше познание ставит себя в реальность. … Наше познание реально, когда оно предстает перед нами как строительное творчество и строительный процесс всей мировой Вселенной». И тот факт, что также и законы формирования, лежащие в основе человеческого облика, могут быть познаны из динамики полярности «Точка —Круг», вытекает из высказывания, что лишь тогда можно подойти к сущности человека, если суметь «совершенно внутренне» понять, что круг есть точка, точка есть круг, ибо в человеке явлено, что «Я-точка головы становится кругом в человеке конечностей, который конфигурирован природосообразным образом» (5 июля 1924, Дорнах (ПСС 317)).

И точно так же, как природа создает человеческий облик из динамики точки —круга, Рудольф Штайнер образовал очертания первого Гётеанума как два проникающих друг в друга круга и охарактеризовал это строение словами изречения «И Здание становится Человеком»206. По истории становления замысла конструкции строения можно даже проследить, как у Рудольфа Штайнера развивалась идея основного плана строения. В 1907 году, когда идея здания была впервые представлена на Мюнхенском конгрессе, актовый зал был оформлен в соответствии с резенкрейцерским храмом посвящений, тогда это было пока еще единственное помещение такого рода. То оформление перешло и в строительную модель в Мальше, инициатива которой возникла на Мюнхенском конгрессе. Однако уже во время подготовительных работ для Мальша, в 1908 году, Рудольфом Штайнером была получена интуиция преобразовать однокупольное пространство в двухкупольное207. Значение этого преобразования становится понятным исходя из современной историческо-эзотерической задачи: вывести сверхчувственное знание, до этих пор сокрытые места деятельности посвященных, — вывести «храм» в открытую культурную жизнь, то есть приобщить к ним общественную жизнь. Порожденную этой историческо-эзотерической задачей проблему противоположности «Движения» с его необходимо аристократическим характером, и «Общества» с его общественно-демократическим характером Рудольф Штайнер разрешил конструкцией строения с двумя проникающими друг в друга окружностями куполов. Им самим была начерчена их различная конструкция (большой купольный зал в качестве зрительного зала — с обычными вычислениями свода, и малый в качестве сцены и культового зала — с вычислениями по секторам), в духе полярности точки и круга. Таковыми были «новые архитектурные мысли в искусстве архитектуры» (28 июня 1914 г., Дорнах). Это воплощение попытки привести в художественном выражении к равновесию противопоставленность Я и Мира, Движения и Общества было уничтожено пожаром в новогоднюю ночь 1922/23 гг. Несмотря на пережитое горестное событие сомнений по поводу нового строительства не было никаких. На протяжении года Рудольф Штайнер вынашивал в себе мысли облика нового строения, придя к полностью новому образу второго здания.

Одновременно в этом столь тяжелом 1923 году из Точка — Круг-интуиции вызревали также и формы для давно уже сделавшейся необходимостью новой консолидации Общества. В борьбе за нее после пожара Здания, к новому основанию Общества на Рождество 1923 года родилось решение преодолеть противоположенность Движения и Общества, самому вступив в Общество. Идея, лежащая в основе плана «Строения»208, стала также принципом формирования тела Общества.

Рождественское Собрание 1923/24, посвященное новому основанию Общества и эзотерической школы, явилось закладкой Камня Основы нового социального двухкупольного здания. Эзотерическая школа — «Свободная Высшая Школа Духовной Науки» под единым руководством Рудольфа Штайнера — в известном смысле, малый купол, должна была соединиться с большим куполом — с демократически открытым Обществом. Этим сопряженным с риском деянием Рудольф Штайнер стремился преодолеть пропасть, лежащую доныне между аристократической жизнью оккультного движения и демократической жизнью Общества. Особенно сильно осознание этой пропасти жило в нем в 1923 году, в то время, когда он еще был в борьбе за новую форму Общества. Ибо по одному свидетельству, на одном из эзотерических уроков, в 1923 году, он говорил об этой ситуации как о «героической трагедии» в новейшей истории человечества.

Решение, принятое на Рождество 1923/24 гг., Рудольфу Штайнеру стоило жизни. Мария Штайнер часто указывала на «бесконечно трагическое» в связи с этим Рождественским съездом. Из того, какое огромное значение Рудольф Штайнер придавал полярности Движения и Общества, следует, как само собой разумеющееся, что он не мог назначить никакого преемника для продолжения внедренного тогда импульса и что «отныне Антропософское Движение будет сформировано так, чтобы оно не принимало в расчет ничего, кроме того, чего хочет духовный мир» (12 апреля 1924 г.). А посредником духовного мира мог быть только он, поэтому он в этой же связи сказал, что, «конечно, Антропософское Общество будет чем-то совершенно иным, в зависимости от того, руководится ли оно мной или кем-нибудь другим» (12 апреля 1924 г., Дорнах).

Хотя все это и может переживаться как трагическое, но это все же трагика, взывающая к активному познанию и плодотворной дальнейшей деятельности. Ибо в духе Рудольфа Штайнера можно как основополагающее привести одно из записанных им медитативных изречений:

«Миростановление это, с одной стороны, закат духа в бездну, а с другой — его восход из бездны».

Хелла Визбергер

 

Примечания

197 Рудольф Штайнер, 21 апреля 1916 г., Базель.

198 Предисловие Марии Штайнер к первому изданию лекций «Карма Антропософского Движения». См.: «К Полному Собранию Рудольфа Штайнера», №23, Рождество 1968 г.

199 ПСС 258. — Прим. перев.

200 Ф.В. Зейлманс ван Емихофен. «Развитие и духовная борьба 1923—1935», 1935 г.

201 См. хронику в: «Конституция Всеобщего Антропософского общества», ПСС 260а.

202 См. «Жизнетворчество Рудольфа Штайнера в своей действительности есть его жизненный путь». В: «К Полному Собранию Рудольфа Штайнера», № 49/50, Пасха 1975.

203 В: «Значение антропософии в духовной жизни современности» (Гаага, апрель 1922, ответы на вопросы), Дорнах, 1957.

204 Письмо Гюнтеру Вагнеру от 24 декабря 1903 г.

205 Из беседы с В.Й. Штайном. См.: «К истории жизни Рудольфа Штайнера» в: «Корреспонденция антропософского рабочего круга», 1934, № 5.

206 Одна из оконных надписей, см. ПСС 40.

207 План макета в Мальше представляет собой эллипс, таким образом, два «центра» (фокусы) были и в однокупольном эллипсоидном куполе Мальша, который затем преобразовался в две окружности двухкупольного строения Первого Гётеанума. Так, план Первого Гётеанума можно рассматривать как метаморфозу здания в Мальше — метаморфозу эллипса в лемнискату, или в два круга. — Прим. перев.

208 Имеется в виду первый Гётеанум. — Прим. перев.

© В.Волков. Перевод, 2004.
© Издательство «Энигма», 2004.
© Издательство «Антропос», 2004.


Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Другие публикации
  • Содержание
  • II. К ИСТОРИИ РАЗДЕЛЕНИЯ ЭЗОТЕРИЧЕСКОЙ ШКОЛЫ ТЕОСОФИИ НА ВОСТОЧНУЮ И ЗАПАДНУЮ ШКОЛЫ В 1907 г. Предисловие
  • Из эзотерических уроков о восточном и западном оккультизме
  • III. ДВИЖЕНИЕ, ЭЗОТЕРИЧЕСКАЯ ШКОЛА, ОБЩЕСТВО — ИХ ОТНОШЕНИЕ ДРУГ К ДРУГУ. Предисловие
  • Мастера — импульсаторы Теософского движения
  • Сущность Теософского движения и его отношение к Теософскому обществу
  • Идея братства — изначальный импульс Теософского движения
  • Почему существует Теософское движение?
  • Школа посвящения прошлого. Мистерии Духа, Сына и Отца
  • Миссия Теософского движения
    Вернуться назад


  •  Ваше мнение
    Ваше отношение к Антропософии?
    Антропософ, член Общества
    Антропософ, вне Общества
    Не антропософ, отношусь хорошо
    Просто интересуюсь
    Интересовался, но это не для меня
    Случайно попал на этот сайт



    Всего голосов: 4439
    Результат опроса