Сайт «Антропософия в России»


 Навигация
- Главная страница
- Новости
- Антропософия
- Каталог файлов
- Поиск по сайту
- Наши опросы
- Антропософский форум

 Антропософия
GA > Сочинения
GA > Доклады
Журнал «Антропософия в современном мире»
Конференции Антропософского общества в России
Общая Антропософия
Подиум Центра имени Владимира Соловьёва
Копирайты

 Каталог файлов
■ GA > Сочинения
■ GА > Доклады

 Поиск по сайту


 Антропософия
Начало раздела > GA > Доклады > Индивидуальные духовные сущности и их действие в душе человека

Индивидуальные духовные сущности и единая основа мира (Дорнах, 19 ноября 1917 года).


Мои дорогие друзья! Прошу вас по отношению к тем рассмотрениям, которыми мы занимаемся и которые я связал со стремлением к познанию при недостаточных средствах познания, но которые, однако, завели нас к широким историческим перспективам, прежде всего прошу вас обратить при этом внимание на то, что я, с теми же намерениями, исходя из того же импульса, сказал в мое прежнее пребывание здесь, что речь идет о сообщениях действительных событий, — не о какой-либо теории, не о какой-либо систематике представлений, но о сообщенных фактах. Это и есть тот момент, с которым мы должны особенно считаться, иначе может оказаться затруднительным понимание этих вещей. Дело идет не о том, что я развиваю исторические законы или исторические идеи, но об описании фактов, которые связаны с намерениями как некоторых личностей, объединенных в братства, так и некоторых других существ, которые влияют на эти братства, чьих влияний эти братства ищут и которые не принадлежат к людям, воплощенным в теле, но являются такими существами, которые воплощаются в духовном мире. На это надо обратить особое внимание, особенно при тех сообщениях, которые я сделал вчера. Среди этих братств мы имеем дело — это вы могли уже узнать из сообщений прошлого года — с различными партиями. Я уже тогда обращал ваше внимание, что среди этих братств мы имеем дело с такими, которые стоят за абсолютную тайну известных высших истин; среди других оттенков мнений мы имеем дело с членами таких братств, которые с середины 19-го века стоят за то, чтоб известные истины — сначала те, в которых видится ближайшая необходимость, — должны быть осторожно открываемы людям, открываемы по мере необходимости. Рядом с этими основными направлениями имеются еще партии и других оттенков. Из этого вы можете видеть, что то, что как импульс исходит от таких братств и вносится в человеческое развитие, очень часто является результатом компромисса.

Когда эти братства, которые знакомы с духовными действенными импульсами человеческого развития, увидели приближение в начале 40-х годов 19-го столетия важного события, а именно, борьбу некоторых духов с высшими духами, которая в 1879 году, как я уже говорил, закончилась тем, что некоторые духи, принадлежащие к царству Ангелов, Духи Тьмы, были вовлечены в событие, которое символизируется как победа Михаила над Драконом, — эти братства почувствовали приближение этого события и должны были определить свое отношение к нему; они должны были спросить себя: «Что теперь делать?»

Те члены этих братств, которые хотели во что бы то ни стало прежде всего считаться с требованиями времени и были до известной степени одушевлены лучшими намерениями и в то же время находились под ошибочным импульсом, пожелали считаться с материализмом времени; это как раз они предложили людям, хотевшим узнать что-то о духе, но на физическом пути, именно на этом физическом пути предложили они внести нечто из духовного мира, но материалистическим образом. И с такими «добрыми» намерениями в 40-х годах 19-го века этими братствами был внесен в мир спиритизм.

Нужно было, чтобы в период этой борьбы, в который на Земле должен был господствовать главным образом критический дух, разум, направленный только на внешний мир, нужно было дать людям хотя бы ощущение, чувство того, что вокруг человека существует духовный мир. Но как всегда бывает с компромиссами, так получилось и с этим компромиссом. Те члены братства, которые относились отрицательно к тому, чтобы познакомить человечество с духовными истинами, оказались в меньшинстве и вынуждены были согласиться, хотя введение в мир спиритизма не входило в их намерения. Но когда дело идет о какой-то корпорации и воля этой корпорации высказана, то несогласным приходится идти на компромисс. И, как обычно бывает во внешней жизни, если однажды в корпорации что-то решено, то результатов решения ожидают и те, кто были за него, и те, кто были против.

И так получилось, что благомыслящие, спиритуальные люди пришли к ошибочному мнению, что через использование медиумов люди будут убеждаться в наличии вокруг них духовного мира, и на основании этой убежденности можно будет сообщать им дальнейшие высшие истины. И случилось бы все так, как задумали эти благомыслящие люди, если бы то, что выявлялось через этих медиумов, создавало представление: да, вокруг нас существует духовный мир, — но получилось совершенно иначе, как я говорил уже вчера. То, что выявлялось через медиумов, воспринималось принимавшими в сеансах участие людьми как идущее от умерших. Благодаря этому все, шедшее от спиритических сеансов, явилось для всех большим разочарованием. Были огорчены те, которые дали склонить себя к согласию, тем, что на спиритических сеансах говорилось о проявлении духов умерших. Благомыслящие посвященные вообще не ожидали, что на сеансах будет говориться об умерших, они полагали, что разговор будет идти об общем элементарном мире, — они также были разочарованы. Но кроме упомянутых членов братств, как тех, которые были в большинстве, так и тех, которые были в меньшинстве, существовали еще другие посвященные, на которых следует обратить внимание, — это те, которых среди братств называют «левыми братьями», то есть те, которые прежде всего используют то, что вносится в развитие человечества как импульс, как вопрос собственной власти. И само собой разумеется, что эти «левые братья» использовали со своей стороны многое из того, что было внесено со спиритизмом. Я вчера говорил вам о том, что именно эти левые братья использовали души умерших людей, привязывая их к Земле. И для них было очень интересно, что получится из спиритических сеансов, поэтому они мало-помалу совсем завладели этой областью. Благомыслящие посвященные постепенно потеряли всякий интерес к спиритизму, чувствовали себя в некотором роде даже посрамленными, так как те, которые возражали против спиритизма, говорили им: можно было с самого начала видеть, что в настоящее время из спиритизма ничего не выйдет. Благодаря этому спиритизм попал, можно сказать, целиком во власть левых братьев. Эти левые братья больше всего чувствовали себя разочарованными — я говорил об этом вчера, — потому что они видели, что через выведенный на сцену спиритизм может выйти наружу то, что они практиковали, но о чем они не хотели, чтобы стало известно. А это могло случиться именно на сеансах, потому что участники их считали, что находятся под влиянием умерших и через их сообщения открывалось то, как используют левые братства души умерших людей. Именно эти души и могли проявить себя на сеансах, находившихся под влиянием левых братств.

Вы должны, друзья мои, особенно учесть, что в этих сообщениях речь идет не о теориях, а о реальных рассказываемых вам фактах, касающихся ряда индивидуальностей, объединенных в различные братства, смотря по тому, к чему они стремятся. Если говорить о реальности духовного мира, то нельзя искать чего-либо, кроме действий различных индивидуальностей. В жизни часто бывает так, что поступки одного противоречат поступкам другого индивида. Если говорить только о теориях, то сказанное не должно вызывать противоречий. Если же говорить о фактах, то оказывается, что факты и в духовном мире иногда так же мало согласованы, как поступки людей здесь, на физическом плане. Я прошу вас всегда помнить об этом. Нельзя говорить об этих вещах, имея в виду реальность, если не говорить об индивидуальных фактах. В этом все дело. Отдельные течения должны разделяться и разбираться по отдельности.

Это связано, друзья мои, с одним очень важным моментом, который нужно осознать, если хотят прийти к сколько-нибудь удовлетворительному реальному мировоззрению. То, о чем я сейчас говорю, очень принципиально и значительно, хотя и более абстрактно, — но мы должны провести это перед своей душой.

Желая создать себе мировоззрение, человек стремится к согласованности отдельных элементов этого мировоззрения. Человек делает это по известной привычке, которая вполне оправдана, потому что связана со всем, что в течение столетий было дорого душе человека и его духу, — с единобожием (монотеизмом). Хотят все, встречающееся в мире и имеющее характер переживания, свести к единой мировой основе. Это, друзья мои, имеет свое оправдание, хотя совсем не в той области, в которой люди стремятся быть оправданными, а совершенно в противоположной, о чем мы будем говорить в следующий раз. Сегодня я хочу поставить перед вашей душой только принципиально важные вещи.

Тот, кто подходит к миру с предпосылкой, что все должно объясняться без противоречий, как бы происходящее из единой мировой основы, тот переживет много разочарований как раз тогда, когда он будет непосредственно соприкасаться с миром и его переживаниями. Так уж принято людьми, что человек все, что он воспринимает в мире, трактует с точки зрения древнего пастушеского мировоззрения — все ведет к единой божественной первопричине, все исходит от Бога, значит, все должно объясняться единым образом.

Но, друзья мои, это не так. То, что окружает нас в мире как душевное переживание, исходит не из одной первопричины, но происходит от отличных друг от друга духовных индивидуальностей. Различные духовные индивидуальности действуют совместно, порождая то, что окружает нас в мире как душевные переживания. Пока это так. Об остальном, что оправдывает монотеизм с противоположной точки зрения, мы будем говорить завтра.

Как только мы представим себе переход через порог духовного мира, мы должны представлять себе до известной степени независимые и даже в высокой степени независимые индивидуальности. Но ведь в этом случае нельзя и требовать, чтобы все происходящее можно было бы объяснить, исходя из единого принципа. Представьте себе, хотя бы схематически, какие-нибудь события, ну, например, события с 1913 по 1918 год. Здесь душевные переживания людей будут идти по двум направлениям. Историк будет всегда поддаваться искушению подвести под все эти события единый принцип. Но ведь это не так: дело обстоит так, что когда переступают порог духовного мира, который можно переходить и снизу, и сверху — он один и тот же, — то сознают, что на эти события действуют вместе различные индивидуальности, сравнительно независимые друг от друга. И если вы не примете этого во внимание, если везде будете искать единую мировую основу, то вы никогда не поймете происходящих в мире событий. Только если вы в прибое волн событий разглядите и совместные, и противоборствующие друг другу действия различных индивидуальностей, тогда вы все события поймете правильно.

Это, друзья мои, связано с глубочайшими тайнами человеческого бытия вообще. И только монотеистические представления скрывали этот факт в тумане в течение столетий и даже тысячелетий, но рассмотреть его непременно нужно. Поэтому, если теперь хотят продвигаться дальше в вопросах мировоззрения, нужно прежде всего научиться не смешивать логику с абстрактной безоговорочностью. Абстрактная безусловность немыслима в мире, в котором взаимодействуют независимые друг от друга индивидуальности. Поэтому всегда, если стремятся к абстрактной безусловности, приходят к обеднению понятий; понятия не могут более охватывать тогда полную действительность. Только тогда смогут понятия полностью охватить действительность, если эти понятия смогут охватить весь полный противоречий мир, который и есть реальная действительность.

То, что человек видит лежащим перед собой как царство природы, образуется очень примечательным образом. То, что человек, с одной стороны, называет природой, включая в это понятие природоведение, службу природе, эстетику природы и тому подобные понятия, это, с другой стороны, объединяет совместные действия различных духовных индивидуальностей. Но в настоящем цикле развития человечества мудрым мировым управлением была достигнута благословенная организация. А именно: человек может воспринимать природу понятиями, направленными к единому источнику, потому что от природы к человеку приходит как душевное переживание только то, что он может воспринять своими внешними чувствами, только это и доступно человеку как душевное переживание. За внешним покровом природы лежит нечто другое, что получает влияние с совершенно другой стороны. Но это содержание природы гасится, когда человек воспринимает природу. Отсюда и происходит, что то, что человек называет природой, является единой системой, но только потому, что оно как бы просеяно. Все, что в ней полно противоречий, все это отсеяно, и природа дается нам как единая система. Но в тот момент, когда переходят порог духовного мира и реальность привлекается и к объяснению природы — элементарные духи или влияния человеческих душ, которые могут быть направлены на природу, — в тот момент уже нельзя говорить о единстве ее системы, но должно себе уяснить, что имеют перед собой взаимодействие борющихся между собой или поддерживающих друг друга духовных индивидуальностей.

Вот взгляните: в элементарном мире мы находим духов земли — гномоподобные существа, духов воды — ундиноподобные существа, духов воздуха — сильфообразные существа, духов огня — саламандровые существа. Они все здесь, все налицо. Да, друзья мои, они не таковы, чтобы составить единообразную армию. Нет, все это разные царства: гномы, ундины, сильфы, саламандры, — все они до известной степени самостоятельны; они не действуют по одной системе, одним порядком, одним звеном — они борются, побеждают. Намерения их обдуманы заранее, но не связаны между собой, но то, что возникает, возникает в результате взаимодействия этих намерений. Если известны эти интересы, тогда становится понятно, что перед нами происходит при взаимодействии, например, духов огня и ундин. Но опять-таки не следует думать, что за ними стоит кто-то один, который подает им команду, — это не так. Такое воззрение очень распространено в наше время, и, например, такой философ, как Вундт, о котором Фриц Маутнер не без основания сказал, что он «авторитет по милости своего издателя» — хотя авторитетом-то он был перед войной почти для всего мира, — так вот, такие философы идут на то, чтобы все, живущее в человеческой душе, — жизнь представлений, жизнь чувств, жизнь воли, — все объединить в едином, так как они говорят: душа — единство, значит, все, что в ней живет, принадлежит к одной системе. Но что это не так, видно из того, что не происходили бы тогда новые расхождения в человеческой жизни, на которые указывает сама аналитическая психология, если бы жизнь за порогом духовного мира не вводила бы нас в области, где совершенно разные индивидуальности влияют на жизнь наших представлений, на жизнь наших чувств и на жизнь нашей воли. Посмотрите на человеческое существо, в котором мы имеем отдельно жизнь представлений, чувств и воли, — разве не странно, что такой систематик, как Вундт, не представляет этого иначе, как в образе одной системы. А между тем жизнь представлений вводит нас в один мир, жизнь чувств — в совершенно иной и жизнь воли — еще в третий. Для этого именно и живет здесь человеческая душа, чтобы создать единство из того, что в дочеловеческом, в настоящем дочеловеческом мире есть троичность. Со всем этим нужно считаться, как только в историческом развитии человечества принимаются во внимание импульсы, которые будут введены в это историческое развитие.

Я уже говорил, что каждый период послеатлантического развития имеет свою особую задачу, и я в общем охарактеризовал задачу пятой послеатлантической эпохи как задачу людей этого периода ориентироваться во зле как в импульсе в развитии человечества. Что это значит, мы уже не раз обсуждали. Это возможно только в том случае, если проявляющиеся в каком-либо неблагоприятном месте силы, выявляющиеся как зло, усилиями людей пятой послеатлантической эпохи будут завоеваны для человечества таким образом, чтобы они этими силами зла оказались в состоянии создать нечто благоприятное для будущего всего мирового развития. Большое число искушений предстоит человечеству. И когда одни за другими появляются силы зла, человек, естественно, гораздо скорее склонен уступить этому злу во всех областях его действия, чем вступить с ним в борьбу и постараться сделать так, чтобы то, что кажется ему злом, поставить на службу доброму мировому развитию. И все-таки это должно быть совершено, зло должно быть, в известных пределах, поставлено на службу доброго мирового развития. Без этого нам нельзя будет войти в шестой послеатлантический период, который будет иметь совершенно иную задачу. Задачей шестого послеатлантического периода будет дать человечеству, хотя оно все еще будет связано с Землей, жить в постоянном созерцании духовного мира, в духовных импульсах. Как раз с этой задачей борьбы против зла в пятой послеатлантической эпохе связана, друзья мои, возможность того, что для людей может настать известного рода личное помрачение.

Мы знаем, что в 1879 году наиболее близко стоящие к людям Духи Тьмы, принадлежащие царству Ангелов, были низвергнуты из духовного мира в земное человеческое царство и с тех пор скитаются и действуют здесь. Это отображено в символе победы Архангела Михаила над Драконом. Как раз благодаря тому, что Духи Тьмы, так близко стоящие к человеку, невидимо действуют между людьми и человек через вмешательство сил зла удерживается от того, чтобы разумом познать духовное, — а это также связанная с пятой послеатлантической эпохой задача, — этим как раз даны пятой эпохе возможности предаться сомнительным ошибкам. Человек должен по возможности стараться в эту пятую послеатлантическую эпоху постигнуть духовное разумом. И благодаря тому, друзья мои, что Духи Тьмы были побеждены и низвергнуты в 1879 году, стало отныне возможным дать все больше и больше проистекать спиритуальной мудрости из духовных миров к людям. А если бы Духи Тьмы продолжали оставаться в высших духовных мирах, то они могли бы воспрепятствовать этому проистеканию свыше спиритуальной мудрости. Притоку духовной мудрости они теперь не могут препятствовать, но под их влиянием теперь люди уже сами могут затемнять эту мудрость, производить путаницу в понятиях и помрачать души. А какие способы применяются для такого помрачения душ, какие употребляются извращения, чтобы удержать людей от принятия духовной жизни, мы уже видели.

Однако все это не должно стать поводом для человеческого уныния, но, наоборот, должно вызвать усиление и укрепление энергии человеческой души, стремящейся к спиритуальному. Потому что, если в эту пятую послеатлантическую эпоху будет достигнуто то, что силы зла будут обращены к добру, этим будет достигнуто нечто огромное, и тогда эта пятая послеатлантическая эпоха даст для человеческого развития знаний высших миров больше, чем какая-либо другая послеатлантическая эпоха или эпоха, более ранняя в развитии земного человечества.

Например, Христос появился через Мистерию Голгофы в четвертой послеатлантической эпохе, но усвоить Его человеческим разумом смогла только пятая послеатлантическая эпоха. В четвертой эпохе люди в Христовом Импульсе могли понять только то, что выведет их души из-под власти смерти; им это стало ясно через христианское учение Павла. Но еще нечто более значительное наступит в ходе развития нашей пятой послеатлантической эпохи, когда человеческие души познают, что во Христе они имеют Помощника в деле превращения сил зла в добро. Но с этой особенностью пятой эпохи связано еще нечто, что надо ежедневно влагать в свою душу, хотя человек особо склонен к забвению этого: человек должен быть борцом за духовность в пятой эпохе, он должен сознавать, что сила его ослабеет, если он не будет постоянно держать ее в узде для завоевания духовного мира. В эту пятую послеатлантическую эпоху человек в наивысшей мере предоставлен своей собственной свободе! И он должен ее осуществлять. В некотором смысле идеей человеческой свободы подвергается испытанию все то, что касается людей в эту пятую эпоху. Ибо если бы силы человека оказались слабыми для этого, то тогда все могло бы обернуться самым пагубным образом. Человек уже не находится в таком состоянии, чтобы можно было вести его как ребенка.

И вот, когда имеются такие оккультные братства, которые придерживаются того идеала, что людей надо вести как детей, что было правомерно в третью послеатлантическую эпоху и еще в четвертую, то тут эти братства совершают неправое дело. Ибо ныне человек находится в таком положении в отношении спиритуального мира, что признание или отрицание спиритуального мира должно быть предоставлено свободному решению самого человека. Об этом всегда должен помнить и постоянно напоминать себе в наше время тот, кто говорит людям о спиритуальном мире.

Поэтому в наше время сообщение спиритуальных истин — или, тривиально выражаясь, чтение лекций о них — есть самое важное дело. Дальше этого мы не должны идти — дальше таких лекций, таких сообщений о спиритуальном мире. Все дальнейшее должно проистекать из свободного решения людей, живущих на физическом плане. Это относится также и к тому, что может быть направляемо и управляемо только из духовного мира.

Мы лучше поймем друг друга, если войдем в подробности. Видите ли, еще в четвертой послеатлантической эпохе у людей принимались во внимание не слово, не сообщение, а иные вещи. Что же тогда принималось во внимание? Рассмотрим определенный случай. Остров Ирландия, как мы его теперь называем, имеет совершенно определенные особенности. В некоторых отношениях этот остров Ирландия отличается от всех остальных местностей Земли. Каждая область Земли чем-нибудь отличается от других, так что не это важно, но я хочу указать вам, в чем состоит важное отличие Ирландии по сравнению с другими областями Земли. Вы уже знаете из моего «Тайноведения», что можно проследить назад развитие Земли и найти в духовных мирах различные влияния и события древних времен. Вы знаете из «Тайноведения», что если вернуться ко времени, которое называется Лемурийским, то можно проследить, что происходило, что развивалось с того времени. Вчера я обратил внимание на то, что Землю в целом надо рассматривать как некий организм и что ее различные территории испускают различные излучения, оказывающие свое воздействие на обитателей. Эти излучения оказывают совсем особенное воздействие на двойника, о котором я сказал в конце вчерашней лекции. Эти территориальные силы, которые исходят, вздымаются из Земли и пронизывают собой человеческого двойника, были в старые времена наиболее благоприятными для человека на острове Ирландия. И в древние времена человечество, знавшее эту особенность Ирландии, изложило ее в своих сказках и легендах, или, иначе говоря, тогда знали эзотерическую легенду, раскрывавшую сущность Ирландии в земном организме. Она говорила: человечество было некогда изгнано из рая после того, как Люцифер соблазнил человечество, и оно было рассеяно по всему свету. Остальной мир уже существовал в то время, когда человечество было изгнано из рая. Поэтому различают — говорится в этой сказочной легенде — рай с Люцифером в нем от остальной Земли, в которую было изгнано человечество. С Ирландией же дело обстояло совсем особо, она не принадлежала к «остальной» Земле, но еще раньше, чем Люцифер вступил в рай, на Земле было создано отображение рая, и это отображение рая стало Ирландией.

Поймите меня хорошенько: Ирландия — это тот кусок Земли, который не имеет части в Люцифере, не имеет никакого отношения к Люциферу. Чтобы на Земле остался отблеск рая, нечто должно было быть выделено из рая, нечто, что, оставаясь соединенным с раем, помешало бы тому, чтобы Люцифер смог войти в рай. И Ирландия рассматривалась по этой легенде так, что она была вначале той частью рая, которая помешала бы Люциферу войти в рай, и только тогда, когда Ирландия была из него выделена, Люцифер смог войти в рай.

Это эзотерическая легенда, которую я вам так несовершенно рассказал, есть нечто прекрасное. Она была объяснением для людей, почему Ирландия в течение многих столетии играла совершенно особую роль. В первой моей драме-мистерии вы уже найдете многое о христианизации Европы ирландскими монахами. С тех пор, как Святой Патрик ввел в Ирландии христианство, оно приводило там людей к наивысшей набожности. В те времена, в которые силы европейского христианства в своих лучших и высших проявлениях шли из Ирландии от любовно посвященных в христианство ирийских посвященных, эта легенда называет Ирландию (греческую «Йерне» и римскую «Ивернию») за набожность, господствовавшую в ее христианских монастырях, островом святых. Это связано с тем, что те территориальные силы, которые исходят, вздымаются из Земли и пронизывают собой человеческий двойник, эти силы в старые времена на острове Ирландия были наиболее благоприятными для человека.

Вы можете сказать, что тогда в Ирландии были лучшие люди. Но ведь люди приходят на смену друг другу, рождаются потомства, и человек ведь не только произведение того участка Земли, на котором он находится. Характер человека может противоречить тому, что вздымается из Земли. Не следует то, что действительно развивается в людях, сводить только к характеру земного организма для той или иной его территории. Это опять было бы созданием иллюзий.

Но один фактор, касающийся Ирландии, мы отметить можем — именно особый характер ее почвы, и знание этого фактора могло бы вести к плодотворным общественно-политическим идеям. Если бы с такими факторами считались, если бы их сопоставляли, из них могло бы сложиться знание об образовании человеческих взаимоотношений на Земле. И пока этого не случится, не будет благополучного разрешения общественного устройства на Земле. Ибо то, что высказывается из духовных миров, должно бы вливаться в предпринимаемые общественные мероприятия. Поэтому я и говорил на открытых лекциях, что очень важно, чтобы те, кто занят общественными делами, чтобы государственные деятели знакомились с этими вопросами, — только тогда они овладеют действительностью. Но они этого не делают, во всяком случае не делали до сих пор, хотя это так необходимо.

Как задача пятой послеатлантической эпохи перед нами стоит необходимость говорить, сообщать то, что необходимо знать людям; но прежде чем сказанное сможет стать делом, будут приниматься решения, исходящие из побуждений физического плана. В древние времена дело обстояло не так, тогда действовали иначе.

В определенный момент третьей послеатлантической эпохи некоторые братства предприняли посылку большого числа колонистов на остров Ирландию. Туда отправились колонисты из той области Азии, из которой позднее произошел философ Фалес. О философии Фалеса вы можете прочесть в моих «Загадках философии». Фалес происходил из той же области (Малая Азия, г. Милет), хотя родился он много позднее, только в четвертой эпохе. Но еще раньше, из той же среды, из той же духовной субстанции, на почве которой развил свою философию Фалес, посвященные отправили колонистов. Почему? Потому что они знали особенности той земли, которую мы теперь называем Ирландией. Они знали то, на что указывается в эзотерической легенде, которую я вам рассказал. Они знали о силах, которые поднимаются из почвы ирийского острова, знали, что это силы, не развивающие людей в направлении интеллектуальности, решительности. Посвященные, посылавшие колонистов, отбирали людей по их кармическим предрасположениям, людей, наиболее пригодных для переселения в Ирландию. Еще теперь в Ирландии можно найти потомков этого старого ее населения, пришедшего из Малой Азии, которое должно было развиваться таким образом, чтобы в них развивались особые качества духа, но ни в коей мере не интеллектуальность или способность принимать решения.

Этим, как вы видите, задолго подготовлялось мирное введение христианства в Ирландии, успешное его распространение там, откуда потом христианство воссияло во всей Европе, — и все это было подготовлено заранее. Соплеменники будущего Фалеса послали туда людей, которые впоследствии стали пригодными стать такими монахами и действовать так, как я вам об этом говорил. Много такого делалось в древние времена, и если теперь вы читаете в экзотерической истории у мало понимающих историков — рассудка у них, конечно, много, рассудок теперь на улице можно найти — о распространении колонизации у древних, вам всегда должно быть ясно, что в таком распространении колонизации была заложена глубокая мудрость; их направляли и ими управляли, всегда принимая во внимание то, что должно произойти в будущем, и всегда в те времена считались с особенностями земного развития.

Это, как вы видите, был совершенно иной способ привносить в мир духовную мудрость. Теперь тот, кто идет правильным путем, так поступать не может. Он не посмел бы предписывать людям, против их воли, что-либо для разделения между ними земли, теперь он должен был бы действовать так, чтобы сначала раскрыть людям истину, а дальше люди сами должны были бы распорядиться своей судьбой.

В этом вы видите значительный шаг вперед от третьей и четвертой послеатлантических эпох к пятой. Это надо себе хорошо заметить. Нужно признать, что стремление к свободе должно проникать во все, что преобладает в пятой эпохе. Потому что против этой свободы человеческого духа как раз и восстает тот противник, о котором я вам говорил, который как двойник следует за человеком от некоторого времени до его рождения и до самой смерти, но при смерти должен покинуть человека. Если находиться под влиянием, действующим непосредственно через двойника, то многое может произойти в пятой послеатлантической эпохе, что не подходит для нее так, чтобы могла быть выполнена стоящая перед ней задача борьбы со злом, превращение его в добро, хотя бы до некоторое степени.

Подумайте же теперь, что, собственно, стоит за тем, среди чего поставлен человек пятой послеатлантической эпохи! Отдельные факты должны быть правильно освещены, правильно поняты. Ибо там, где интенсивно воздействует двойник, люди действуют против основной тенденции пятой эпохи. Но человечество еще не так далеко продвинулось в этой эпохе, чтобы правильно оценивать факты, особенно же за последние печальные три года человечество стало совершенно неспособным к сколько-нибудь правильной оценке фактов.

Рассмотрим факт, совершенно отдельный от всего того, что я вам сейчас излагал. На одном большом литейном заводе нужно было погрузить в вагоны десять тысяч тонн слитков металла. Для этого набрали определенное количество рабочих. 75 человек должны были приступить к работе; считалось, что каждый человек может погрузить за день 12,5 тонн, следовательно, за день было бы погружено почти все количество.

Однако нашелся человек по имени Тейлор, который больше слушал своего двойника, нежели того, что должно быть завоевано человеческим духом в пятой эпохе. Этот человек обратился к фабрикантам и спросил их, не думают ли они, что один человек может погрузить за день больше, нежели 12, 5 тонн. Фабриканты считали, что человек может, самое больше, погрузить за день 18 тонн. Тогда Тейлор предложил произвести эксперимент.

Видите, Тейлор пошел на то, чтобы экспериментировать с людьми, механическое было перенесено им в общественную жизнь. Он должен был сделать опыт на людях и проверить, действительно ли, как говорил фабрикант, человек не может погрузить более 18 тонн. Он разделил рабочее время периодами отдыха, рассчитанными по физиологическим потребностям организма для восстановления израсходованных сил. Выяснилось, что у всех это восстановление идет различно. С механизмами такой расчет, конечно, проще, вы оперируете просто с арифметическими данными, с людьми же это сложнее, так как у каждого свои возможности по восстановлению сил. Но Тейлор применил математический способ. Он взял тех рабочих, которые не пользовались паузами для отдыха, и дал их им. Тех же, которые за эти паузы не восстанавливали в должной мере своих сил, он просто выкинул. Делая такие опыты с людьми, он выяснил, что группа избранных, восстановив силы отдыхом, могла погрузить по 47,5 тонн в день на человека.

Вы имеете здесь механизм дарвиновской теории, обращенной на жизнь рабочих: неподходящих прочь, подходящие отобраны, — селекция. Подходящими оказались те, которые, используя паузы для отдыха, смогли грузить по 47,5 тонн, а не по 18 тонн в день. Этим могли быть удовлетворены и избранные рабочие, так как фабрикант, сберегая столь много, смог увеличить им плату на 60%. Так избранных, подходящих к жизненной борьбе, избранных по естественному отбору делают еще более удовлетворенными, — ну, а неподходящие пусть голодают?

Вот начало применения принципа отбора людей. На подобные вещи мало обращают внимания, их не освещают в достаточно широком масштабе. А надо было бы их освещать, ибо здесь мы видим приложение совершенно ошибочных естественноисторических представлений, примененных к человеческой жизни. Побуждение к этому остается, и если побуждение направлено на те вещи, которые приходят в пятую послеатлантическую эпоху как оккультные истины, (конечно, дарвинизм не содержит оккультных истин, но применение дарвинистских принципов к непосредственному экспериментированию с людьми дало бы огромную власть над людьми), если бы действительно приходили и открывались оккультные истины в эту пятую эпоху, это привело бы к ужасным последствиям, если бы на основе этих истин производили отбор «подходящих». Не только производили бы отбор подходящих, но, используя стремление к оккультным открытиям, все более стремились бы увеличить количество таких подходящих и тем достигли бы огромной власти, действующей диаметрально противоположно тенденциям пятой послеатлантической эпохи к метаморфозе зла в добро.

То, что я вам здесь показал, я хотел привести только как пример того, каковы основы великих событий и как надо освещать их с высших точек зрения. Нашей задачей в следующий раз будет указать на три-четыре великие истины, к которым должна прийти пятая эпоха, показать, как можно злоупотреблять этими истинами, если использовать их противоположно тенденциям пятой эпохи и пользоваться ими применительно к тенденциям двойника и тех братств, которые хотят вместо Христа поставить другое существо.

 

ПРИМЕЧАНИЕ 

ФАЛЕС (ок. 625 — ок. 547 до н. э.), древнегреческий мыслитель, родоначальник античной философии и науки, основатель милетской школы. Возводил все многообразие явлений и вещей к единой первостихии — воде.


Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Другие публикации
  • Cущество сверхчувственного и загадка человеческой души (Санкт-Галлен, 15 ноября 1917 года).
  • Тайна двойника. Географическая медицина (Санкт-Галлен, 16 ноября 1917 года).
  • Индивидуальные духовные сущности и единая основа мира (Дорнах, 18 ноября 1917 года).
  • Индивидуальные духовные сущности и единая основа мира (Дорнах, 25 ноября 1917 года).
    Вернуться назад


  •  Ваше мнение
    Ваше отношение к Антропософии?
    Антропософ, член Общества
    Антропософ, вне Общества
    Не антропософ, отношусь хорошо
    Просто интересуюсь
    Интересовался, но это не для меня
    Случайно попал на этот сайт



    Всего голосов: 4421
    Результат опроса