Сайт «Антропософия в России»


 Навигация
- Главная страница
- Новости
- Антропософия
- Каталог файлов
- Поиск по сайту
- Наши опросы
- Антропософский форум

 Антропософия
GA > Сочинения
GA > Доклады
Журнал «Антропософия в современном мире»
Конференции Антропософского общества в России
Общая Антропософия
Подиум Центра имени Владимира Соловьёва
Копирайты

 Каталог файлов
■ GA > Сочинения
■ GА > Доклады

 Поиск по сайту


 Антропософия
Начало раздела > GA > Доклады > Внутреннее существо человека и жизнь между смертью и новым рождением

Шестая лекция (Вена, 14 апреля 1914 года).


Мы закончили предыдущую лекцию великим Мировым Полуночным Часом духовного бытия между смертью и новым рождением, тем часом, когда внутреннее человеческое переживание становится наиболее интенсивным и когда то, что называется духовным общением, связь с духовным внешним миром, достигает минимума, так что, в известном отношении, в течение этого полуночного часа духовного бытия, вокруг нас наступает духовная тьма. Но было сказано, что тоска по внешнему миру снова возгорается в нас и эта тоска становится активной благодаря Духу, действующему в духовных мирах, и эта тоска рождает из нас новый духовный свет, так что мы получаем теперь возможность увидеть внешний мир совершенно особого рода. Этот внешний мир, видимый нами тогда, это наше собственное прошлое, прошлые воплощения и промежутки между смертью и новыми рождениями. Мы смотрим теперь на него как на внешний мир, мы видим, что мы, в прошлом, получили от мирового бытия и что мы остались должны этому мировому бытию. И когда мы получаем возможность бросить взгляд назад на наши прежние переживания, тогда перед нами с большой интенсивностью особенно выступают два обстоятельства. Мы как бы видим духовным взором, что в прошлом имели определенные наслаждения. Для нас были приуготовлены те или иные радости, наслаждения бытия. И мы можем обозреть все, что когда-либо испытали радостного, из наслаждении бытия. Но мы обозреваем это так, что оно нам является в своем духовном достоинстве, оно нам представляется в связи с тем, что оно из нас сделало. Мы смотрим назад на то, что являлось для нас наслаждением, удовольствием в прошедшем времени одной из наших жизней. Мы чувствуем: это не является прошлым, оно, правда, лежит далеко позади во времени, но оно не есть нечто абсолютно прошедшее. Оно продолжает оказывать свое действие во все времена, как бы ожидает: что мы из него сделаем? Если мы имели такое наслаждение, тогда мы чувствуем в себе, переживаем непосредственно в нашем душевном бытии: это должно стать в тебе силой, силой твоей души, и этой силе души ты можешь дать действовать в себе двояким образом. Теперь, в этом духовном бытии после Мирового Полуночного Часа, ты имеешь эти две возможности, духовный мир дает тебе способность превратить одну из этих возможностей в действительность. Ты можешь это прошедшее наслаждение, это удовольствие превратить в себе в такую способность, чтобы благодаря прошедшему наслаждению, развить в своей душе некую силу, которая сделает тебя способным к тому или иному, благодаря чему ты что-то — великое или малое — сотворишь в мире, что будет представлять для мира известную ценность. В этом заключается одна возможность. Другая — в следующем: мы можем сказать себе: «Я наслаждался, я довольствуюсь наслаждением, я восприму наслаждение в свою душу и буду упиваться тем, что в прошедшем имел это наслаждение». Если мы относительно многого, что нам доставляло наслаждение и удовлетворение, будем пользоваться этой возможностью, тогда мы придем к тому, что образуем внутри себя силу, от которой мы будем постепенно духовно вырождаться, задыхаться. Мы можем научиться в духовном мире очень важному, а именно, что мы благодаря наслаждению и удовольствиям становимся должниками мирового бытия. Перед нашим духовным оком встает перспектива задохнуться от последствий удовлетворений и наслаждений, если мы в надлежащий момент не примем решение образовать из прошедших удовольствий и наслаждений способности, вызывающие нечто ценное в жизни. Отсюда видно, как духовное и происходящее на физическом плане, непосредственно взаимодействуют. Тот, кто в духе позавчерашней лекции все больше проникается познаниями духоведения, у того оно перейдет в инстинктивную жизнь его души, и у него, как побуждение внутренней совести, разовьется в отношении наслаждений и удовольствий, которые он имел на физическом плане, особое настроение: ты не должен воспринимать какие-либо наслаждения, радости, удовольствия для себя самого. У него эта радость проникнется своего рода чувством благодарности по отношению ко всей Вселенной, к ее духовным силам. Потому что он знает, что каждое наслаждение и удовольствие делают его должником Вселенной. Легче и точнее всего мы справляемся с преобразованием духовных наслаждений и радостей. А те наслаждения и удовольствия, удовлетворяемые телесными орудиями или вообще только благодаря тому, что человек имеет на физическом плане еще и тело, такие наслаждения во время между смертью и новым рождением тоже стоят перед нами как нечто, что должно быть преобразовано, если мы не хотим постепенно в них, так сказать, задохнуться. Мы чувствуем необходимость преобразования, но вместе с тем, мы чувствуем: во-первых, нужно будет много воплощений, для того чтобы мы между этими воплощениями были все снова и снова в духовном мире и могли вызвать это преобразование. А затем мы находим в духовном мире еще и то, что, в теперешнем цикле человеческого развития, такими наслаждениями и радостями, при которых на физическом плане наше душевно-духовное как бы совершенно захватывается и наслаждение, удовольствие принимает ниже-человеческий (я не хотел сказать — животный) характер (потому что радость и наслаждение могут принимать и ниже, чем человеческий, характер), что мы фактически такими наслаждениями причиняем бесконечную боль некоторым сущностям духовного мира, которые тогда лишь появляются перед нами, когда мы входим в этот духовный мир. И зрелище этой боли, которую мы причиняем в духовном мире этим сущностям, столь чудовищно удручает и потрясает, оно пронизывает нашу душу такими силами, что мы не вполне справляемся с гармонической выработкой связей для следующей инкарнации.

В противоположность тому, что мы переживаем в виде боли и страданий, на духовном плане, те страдания, которые мы испытали на физическом плане, продолжают свое действие и на духовном плане, но пронизывают нашу душу такими силами, что эти силы становятся силами воли. Через это мы становимся в душе крепче и получаем возможность превращать эти силы в моральные силы, которые мы затем берем с собой на физический план, не только для того, чтобы иметь известные способности и при их помощи создавать нечто ценное для окружающей среды, но обладать также и нравственной силою, чтобы с соответствующим характером изживать эти способности.

Подобные переживания мы испытываем сразу после духовной полуночи. Мы чувствуем, переживаем то ценное, чем мы стали благодаря протекшей нашей жизни, те способности, к которым можем прийти в будущем. И когда мы затем живем еще некоторое время в духовном мире, из сумеречной темноты духовного окружения выступает отчетливо картина теперь уже не только нашей собственной протекшей жизни, но и всего того человеческого, что было с этой жизнью ближе всего связано. Тогда мы вступаем в духовные отношения с людьми, с которыми имели те или иные отношения на прежних ступенях бытия. Это не значит, что до этого момента у нас не было общения с ними — мы всегда изживаем себя в духовном мире в общении с теми людьми, которые были близки нам в жизни — но теперь, когда мы после Мировой Полуночи снова встречаем этих людей, на них ясно и отчетливо выступает то, что мы были им должны или что они нам были должны. Мы переживаем теперь не только представление: ты стоял в такое-то время в таком-то отношении к этим лицам — это у нас было и до того, теперь же эти люди становятся для нас выражением того, что сглаживает прежние переживания. Мы видим по людям, когда они выступают перед нами, при помощи каких новых переживаний на физическом плане мы можем загладить прежнее, так чтобы мы не остались их должниками и т.п. Когда души людей выступают перед нами, мы как бы видим то действие, которое должно вызвать в будущем отношения, которое в прошедшем связывало нас с теми или иными людьми. Конечно лучше всего это можно понять, если взять какой-либо конкретный случай и применить его к тому, о чем говорилось в предшествующих лекциях. Предположим, таким образом, еще раз, что мы СОЛГАЛИ какому-нибудь человеку. Теперь настало время, когда в духовном мире представляется возможность, чтобы противоположная нашей лжи истина мучила нас. Мы мучаемся, потому что отношение к человеку, которому мы солгали, в описываемое теперь время, по мере того, как мы его видим (а мы его достаточно часто видим духовным взором), настолько переменилось, что он становится причиной того, что в нас поднимается противоположная сказанной лжи истина и мучает нас. Благодаря этому из наших глубин возникает стремление: этого человека ты должен вновь встретить внизу на Земле и своими поступками сгладить совершенную твоею ложью несправедливость. В духовном мире, не может быть заглажено то, что было сделано твоей ложью, здесь ты можешь лишь ясно понять, какое последствие производит ложь в космосе. То, что из таких поступков совершено на Земле, на ней же должно быть и заглажено. Мы знаем, что для такого сглаживания в нас самих должны быть определенные силы, а они могут появиться тогда, когда мы облекаемся в земное тело. Благодаря этому в нашей душе возникает стремление: ты должен облечься в земное тело, которое предоставит тебе возможность совершить поступок, благодаря которому выравниваются несовершенства, причиненные тобою на Земле. Иначе, когда ты следующий раз пройдешь через смерть, этот человек вновь появится перед тобой и вновь вызовет мучения, причиняемые истиной. Теперь вы видите, каким путем в нас появляется стремление образовать в духовном мире возможность кармического выравнивания того или иного поступка. Эти выравнивания происходят и другими способами, но я должен был бы приводить тысячи конкретных примеров, если бы захотел выявить все, что должно быть принято во внимание в этом, полном значения, кармическом вопросе.

Возьмем, например, такой случай: допустим, что мы находимся в духовном мире в то время, которое следует за полуночным часом бытия, и мы оглядываемся назад на некоторые радостные переживания и говорим: действие этих переживаний мы можем обратить в способности, которые мы используем тогда, когда опять облечемся плотью. Да, но тогда может произойти следующее. Мы можем сказать: превращая теперь, в теперешнем своем состоянии, эти протекшие переживания в способности, ты можешь встретить препятствия со стороны элементарных существ. Так может случиться. Эти элементарные существа не допускают, чтобы ты действительно приобрел эти способности. Теперь мы можем задать вопрос: да, что же тогда делать? Если я уступлю этим элементарным существам, которые ко мне подходят и которые не могут вынести, чтобы во мне образовались эти способности, то я не смогу их в себе выработать. Однако, я должен образовать в себе эти способности. Я знаю, что я смогу в следующем воплощении оказать известным людям услуги только благодаря тому, что буду обладать определенными способностями. И мы правильно решаем, приобретая эти способности. Однако, этим мы оскорбляем находящиеся вокруг нас элементарные существа. Они чувствуют, что мы их как бы атакуем. Когда мы приобретаем известные способности, они чувствуют себя помраченными в своем существовании, как если бы нечто было отнято от их собственной мудрости. Одно из последствий, часто наступающих в таком случае, состоит в том, что при новом рождении на Земле, мы встречаем одного или многих людей, одержимых этими элементарными существами и обуреваемых особенно враждебными намерениями по отношению к нам. Подумайте только, как глубоко позволяет это заглянуть в человеческую жизнь и как основательно учит оно нас понимать человеческую жизнь, приобретать себе настоящие инстинкты и правильно держать себя на физическом плане. Это не обуславливает, однако, того, что мы, находясь на физическом плане, должны всегда говорить: «Ну да, я должен был тогда защищаться и это восстановило против меня моих врагов, теперь я должен им уступить». Может быть такой случай, когда лучше им уступить. Может быть, однако, и такой случай: если мы уступим, то эти враждебные элементарные существа, действующие через того или иного человека, пожелают, благодаря достигнутому на физическом плане, получить большее удовлетворение за то, что мы отняли от них, защищая себя в духовном мире. Они могут пойти дальше того, что мы отняли от них, и, в тогда мы не в состоянии будем спастись от них и когда снова войдем в соответствующее время в жизнь между смертью и новым рождением, они в известном смысле убьют в нас некоторые способности.

Мир становится все сложнее и сложнее, по мере того как мы в него проникаем нашим пониманием. Это, собственно и не должно нас удивлять. Я бы хотел отметить еще несколько случаев из кармической связи между жизнью на Земле и жизнью между смертью и новым рождением. Так, отмечу такой случай: какой-то человек умирает раньше, вследствие болезни, чем обычно наступает смерть в нормальной человеческой жизни. Тогда такой человек проходит через врата смерти, сохраняя известные силы, которые он изжил бы, если бы достиг нормального человеческого возраста. Эти силы, остающиеся человеку в виде остатка неистраченных сил, так как он ушел раньше обычного, эти силы остаются, и духовидец, исследуя жизнь этого человека после смерти, видит, что эти силы приобщаются к волевым и чувствующим силам человека, что они укрепляют и усиливают их. Так что такой человек имеет возможность получаемое от них перед полуночным часом так употребить после полуночного часа, что входит в земную жизнь более сильным, обладающим большим характером человеком, чем он вошел бы, не постигни его ранняя смерть. Возможность этого зависит, однако, от прежней Кармы, и было бы, конечно, величайшей глупостью думать, что при помощи искусственной ранней смерти можно вызвать описанные последствия. Таким способом этого нельзя достигнуть. Последствия искусственной ранней смерти описаны в моей книге “Теософия”, в пределах, необходимых для освещения этого вопроса. Я указал там и на такой случай, когда человека постигает ранняя смерть в результате несчастного случая. Если в этом случае человек вырывается из физического плана, на котором он по своим силам мог бы дожить до глубокой старости, то он также сохраняет такой остаток сил, который приобщается к его силам после полуночного часа, и он может употребить его на увеличение интеллектуальных сил, на силы познания. Духовное исследование показывает, что крупные изобретатели, были часто именно людьми, которых в прежних воплощениях постигла смерть от несчастного случая.

Для понимания духовного мира необходимо сперва усваивать новые представления и понятия, так как он представляет собой нечто совершенно иное, чем мир физический. Поэтому никто не должен удивляться, что описания духовного мира, если прилагать к ним мерки физического мира, будут представляться неудовлетворительными. Фактом, засвидетельствованным многими духоведами, является то обстоятельство, что совершенный материалист, умирающий с материалистическим настроением, оставляя после себя материалистически настроенных лиц, в духовном мире испытывает сперва известные лишения. Так как он прошел через врата смерти без спиритуального настроения, то он не может оглянуться назад и увидеть своих близких на Земле, у которых также нет в душе ни одной спиритуальной мысли. Он про них знает лишь до того момента, когда прошел через врата смерти. Что они сейчас переживают на Земле, этого его духовный взор не может видеть, потому что в их душах нет спиритуальной жизни, ибо только спиритуальность бросает свет вверх, в духовные миры. Такой человек должен ждать, пока у него в духовном мире вырастут силы, чтобы ясно увидеть, что души, которые он оставил там внизу, настроены материалистически потому, что находятся во власти Аримана. Если бы такой человек увидел это непосредственно после смерти, он бы этого не вынес. Надо раньше вжиться в это овладевание Ариманом материалистически настроенных душ, лишь тогда можно начать видеть эти души, до тех пор, пока они тоже пройдут через врата смерти и освободятся от своего материалистического настроения в духовном мире. Затем, уже впоследствии, человек переживает общение с ними. Для того и появилось сейчас в мире духоведение, что человеческое развитие делает необходимым, чтобы проникновение в духовные миры и знание об условиях существования в них жило бы все больше и больше в душах людей, сперва инстинктивно, а затем сознательно.

Я вам сообщу одно чисто внешнее обстоятельство — оно чрезвычайно важно, — чтобы вы видели, как люди все больше и больше будут оценивать жизнь на физическом плане в истинном смысле только благодаря тому, что будут понимать законы духовного бытия. Я вам сообщу нечто, являющееся внешним, но как внешнее представляющееся чрезвычайно важным. Когда мы смотрим на природу, то видим удивительное зрелище, что в процесс размножения вовлекается очень небольшое число зародышей, а значительно большее количество их погибает. Мы видим полчища рыбных зародышей — икринок, находящихся в море. Лишь немногие из них становятся рыбами, остальные погибают. Мы смотрим на поле и видим огромное количество зерновых ростков, лишь немногие из них становятся хлебными растениями, другие погибают в виде зерен, когда люди употребляют их в пищу. Громадное количество должно производиться природой, гораздо больше, чем в равномерно протекающем потоке бытия действительно превращается в плод, а затем снова в зародыш. Так в природе все устроено хорошо, потому что во внешней природе царит порядок и необходимость, чтобы то, что отклоняется в сторону от принадлежащего ему и в нем самом обоснованного потока существования и плодоношения, чтобы оно потреблялось на служение другому непрерывному потоку существования. Существа не могли бы жить, если бы все зародыши действительно превращались в плод и приходили к заложенному в них развитию. Должны быть такие существа, которые потребляются для создания почвы, из которой могут вырастать другие существа и т.д. Мысль о том, что нечто пропадает, является лишь видимостью, Майей! В действительности, в пределах творчества природы ничего не пропадает. В природе царит дух, и если существует видимость, что пропадает нечто из непрерывного потока развития, то она имеет основание в мудрости духа, в этом заключается духовный закон, и мы должны смотреть на это с точки зрения духа. Тогда мы придем к тому, насколько достаточное обоснование имеет существование того, что видимо отводится в сторону непрерывным потоком мировой жизни. Это имеет свое обоснование в духе. Поэтому оно может также, поскольку мы ведем духовную жизнь, иметь значение и на физическом плане.

Мои милые друзья, возьмем конкретный случай: должны ли читаться публичные лекции о духовной науке? Они читаются перед публикой, которая просто благодаря факту публичного чтения соединяется вместе. Тут происходит нечто подобное хлебным зернам, которые лишь отчасти потребляются в непрерывном потоке существования. Нас не должно отпугивать то обстоятельство, что в зависимости от тех или иных условий, мы принуждены пускать потоки спиритуальной жизни в круг весьма многих и многих людей, по-видимому без разбора, и что затем лишь немногие отделяются и действительно вступают и идут вместе с другими в непрерывном потоке. На этом поприще дело обстоит так, что эти рассеянные зерна соответствуют многими, которые, уходя с лекции, говорят: «Что за сумасшедшую ерунду порет этот человек!» Если мы взглянем на это непосредственно с точки зрения внешней жизни, то это сходно с гибелью в море массы икринок. Однако с точки зрения более глубокого исследования, дело обстоит иначе. Души, которые пришли по своей Карме и затем ушли, говоря: «Что за ерунду говорил этот человек!» — эти души еще недостаточно зрелы, чтобы воспринять истину духа, но этим душам нужно было в теперешнем воплощении почувствовать, что к ним подходило то, что является силой духовной науки. И она все же остается в их душах, даже если они и бранятся, она остается в их душах для следующего воплощения и раз эта сила остается, то и зародыши не утрачены. Они пробьют себе путь. В отношении духовного, существование подчинено тем же законам, которые мы видим, когда рассматриваем духовное в природных явлениях, как в вышеприведенном случае.

Перенесем теперь этот вопрос на внешнюю материальную жизнь. Нам говорят: ну, и во внешней жизни дело обстоит совершенно также. Да, мои милые друзья, именно потому что дело обстоит также, мы и идем навстречу будущему, когда будем все это осознавать, все больше и больше. Люди все увеличивают производство, строятся фабрики, никто не спрашивает себя, а сколько должно потребляться, как было некогда, когда существовали, например, деревенские портные, шившие платье только тогда, когда оно им заказывалось. Тогда потребитель сам указывал, какое количество должно производиться. Теперь производство ведется для рынка, товары скапливаются в больших количествах. Производство работает полностью по тому принципу, который лежит в основе природного творчества. Природа привносится в социальный порядок, и вначале этот порядок будет преобладать все больше и больше. Здесь, однако, мы созерцаем сферу материального. Во внешней жизни этот духовный закон не находит никакого применения, именно потому, что он имеет значение для духовного мира, и поэтому наступает нечто весьма замечательное. Так как мы здесь между своими, то можем говорить об этом, мир, конечно, не встретит нас сейчас с пониманием. Итак, сейчас производство ведется для рынка, без сообразования с потреблением, так как ведется не в том смысле, который развит в моем докладе о Теософии и социальной жизни. Напротив, на складах и при помощи денежного рынка скапливается вместе все, что производится, и затем выжидается каковы будут закупки. Эта тенденция будет все больше возрастать, пока она себя сама в себе самой не уничтожит. Каждый, кто духовно прозревает социальную жизнь, видит возникающие повсюду ужасные тенденции к образованию социальных опухолей. В осознании этого заключается великая культурная работа, возникающая для тех, кто прозревает бытие. Это и есть то ужасное, что оказывает столь удручающее действие и что даже тогда, когда можно было бы подавить вообще всякий энтузиазм к духоведению, когда можно было бы подавить все, что может вымолвить слово за духоведение, что даже тогда заставляет как бы кричать миру о средстве исцеления от того, что уже так сильно надвигается и что будет становиться все сильнее и сильнее. То, что должно находиться на одном поприще, в одной сфере, — как творит природа при распространении духовной жизни, — то становится раковым образованием, когда вступает в культуру описанным образом. Прозреть все это и помочь, станет возможным лишь тогда, когда духоведение охватит сердца, пронижет души. И хотелось бы, мои милые друзья, когда насквозь прозреваешь эти вещи, лучше всего иметь в своем распоряжении самый жгучий огонь, чтобы влить его в свои слова, чтобы обратить внимание наших современников, чтобы они смогли понять, какому времени идем мы навстречу.

Все это можно увидеть, если ознакомиться с различными существующими точками зрения в различных сферах бытия. Перед тем, кто стоит между Полуночным Часом и новым рождением перед ним выступают эти точки зрения, потому что, исходя из них, он сам должен стать творящим. И когда он образовал тенденции для того, чтобы свершилась Карма в отношении предстоящих ему ближайших переживаний, тогда перед душой выступают дальнейшие, более определенные переживания. Религиозные и иные общины, к которым человек принадлежал, их он переживает тогда так, что они показывают ему: чтобы не быть односторонним, ты теперь должен сделать то или иное в следующем воплощении. Короче говоря, эта жизнь протекает тогда так, что хотя она так же еще сменяется то духовным общением, то духовным одиночеством, однако, существенно принимает такое направление, что человек сначала строит себе чисто духовно прототип новой земной жизни. И задолго до того, как спуститься к этой земной жизни, человек уже построил себе, исходя из пережитого в духовном мире, духовно-эфирный прототип. Этот первоначальный образ заключает в себе силы, которые можно было бы назвать духовно-магнетическими силами, они притягивают человека вниз, к родительской паре, в отношении которой он чувствует: она даст мне нужные наследственные признаки, чтобы я мог выступить в новой земной жизни.

Я уже указывал, что нормальным является тот момент, когда в нас возникает чувство: мы соединяемся с тем, что от нас удалилось, будучи жизненным плодом нашей последней земной жизни. Но человек не всегда доходит до этого момента. Если мы достигаем этого момента, то наша жизнь протекает так, что мы всецело чувствуем связь между телесным и духовным. Но человек вступает раньше в бытие. Большинство людей является до срока духовно рожденными, и лишь позднее это настолько сглаживается, что мы проходим через переживания, которые приводят нас к современному гармоническому слиянию. Одно лишь, однако, представляет чрезвычайную важность. Я описал это вчера. Там, где наше страстное стремление к внешнему миру должно достигнуть высшей степени, потому что мы в наибольшей степени вошли в одиночество, там находится то, что собственно живет и вздымается только в духовных мирах. Дух, который подступает к нам и превращает наше стремление в своего рода душевный свет. До этого момента времени мы должны сохранить связь с нашим “Я”. Мы как бы должны сохранить одно воспоминание: «Ты был на Земле этим “Я”». Это “Я” должно сохраниться как воспоминание. И то что мы можем это сделать в современный нам момент времени, это зависит от того, что Христос внес в земную ауру силу, которая иначе в настоящее время не была бы принесена из земной жизни, чтобы сохранить воспоминание до Полуночного Часа, после которого мы затем снова имеем это “Я”.

Если бы Импульс Христа не протекал по земному миру, то получился бы разрыв, пропасть, которая сделала бы наше существование в середине между смертью и новым рождением негармоническим. Задолго до наступления Полуночного Часа мы забыли бы, что были “Я” в своей последней земной жизни. Мы бы чувствовали связь с духовным миром, но забыли бы себя. Эта память достигается благодаря тому, что мы на Земле действительно так сильно развиваем наше “Я”, что приходим все больше и больше к его осознаванию. Это стало необходимым со времен Мистерии Голгофы. Но тем, что мы на Земле все больше и больше приходим к осознанию нашего “Я”, мы растрачиваем силы, которые нам необходимы после смерти для того, чтобы мы действительно не забыли себя до полуночного часа существования. И для того, чтобы мы могли сохранить это воспоминание, для этого мы должны умереть во Христе. Таким образом, Импульс Христа должен быть здесь. Он сохраняет нам до Полуночного Часа возможность не забыть наше “Я”. Затем в Полуночный Час существования к нам подступает Дух. И вот мы сохранили воспоминание о своем “Я”. Если мы это донесем до Полуночного Часа бытия, до тех пор, когда к нам подступает Святой Дух, и дает нам возможность оглянуться назад и вступить в связь с нашим собственным внутренним миром, как с внешним миром, если мы сохранили эту связь, тогда Дух может вести нас до нашего нового воплощения, которое мы вызываем благодаря тому, что образуем наш прототип в духовном мире. Импульс Христа снабжает нас, однако, не только такой силой, которой нам хватало бы ровно до связи. Он дает нам иногда так много, что если бы Дух не подошел к нам, то Импульс Христа мог бы перенести нас дальше. При помощи одного воспоминания мы бы не могли перенестись, но Импульс Христа нас бы перенес. Это имеет громадное значение, и по мере того, как в будущем человек будет развиваться все дальше, ему будет становиться все более и более необходимым воспринимать в себя Импульс Христа в превышающем необходимую меру количестве. И уже теперь необходимо, чтобы человек в течение своей земной жизни узнавал не только самое необходимое о Христе, но чтобы Импульс Христа спускался в его душу в виде мощного импульса, который мог бы его переносить через Полуночный Час бытия. Потому что благодаря Импульсу Христа усиливается Импульс Святого Духа, и мы крепче проносим Импульс Духа через вторую половину жизни между смертью и новым рождением, чем мы пронесли бы его, если бы у нас не было Импульса Христа. То, что у нас остается в виде излишка, усиливает Импульс Духа. Дух был бы иначе только для Духа, и Он перестал бы оказывать Свое действие с момента нашего рождения. Если мы проникаемся Импульсом Христа, то он усиливает Импульс Святого Духа. И из-за этого, в нашу душу может быть внесен такой Импульс Духа, который затем, когда мы войдем в земное воплощение, станет силой, которую мы не истратим в земном воплощении, подобно прочим, принесенным с собой с рождением, силам.

Я подчеркивал, что те силы, которые мы с собой приносим из духовного мира, мы преобразовываем для нашей внутренней организации, а то, что мы таким образом получаем в виде плюса, в виде чего-то большего, когда Импульс Христа усиливает Импульс Духа, это мы вносим в существование, это не подлежит превращению в течение земной жизни. Чем дальше мы будем продвигаться в будущее, тем необходимее будет для земного развития, все большее количество людей, которые через свое рождение, при новом воплощении, проносили бы в земную жизнь Импульс Христа и Импульс Святого Духа. Дух должен оказывать более сильное влияние, чтобы действовать не только до рождения, и чтобы все из духовной жизни было так перемещено, чтобы у нас осталось только немного сознания, которое учило бы нас познанию нашего физического окружения и познанию того, что может быть охвачено, связанным с мозгом рассудком. Если бы мы, развиваясь в будущем, не приносили с собой, будучи людьми, избыток Духа, возникающий описанным образом, то человечество на Земле постепенно приходило бы все больше к тому, чтобы не ощущать в земной жизни ничего связанного с существованием Духа, тогда бы в земной жизни, господствовал лишь бездуховный дух — Ариман, и люди могли бы знать только чувственно-физический мир, воспринимаемый чувствами, а также то, что можно понять связанным с мозгом рассудком.

Все подобные вещи испытывают в известной степени по мере дальнейшего развития человека, именно теперь, когда человечество стоит перед опасностью потерять Святой Дух. Но оно не потеряет Его. Духоведение будет стоять на страже, чтобы человечество не потеряло этого Духа, который в Полуночный Час бытия подходит к душе, чтобы оживить в ней стремление увидеть самое себя в своем прошедшем и во всей своей ценности. Духоведение будет все больше и все настойчивее говорить об Импульсе Христа, так что все в большем и большем числе людей будет проникновение Духа через физическое рождение, проникновение также и на физический план и в этом физическом существовании будет возникать все больше и больше людей, которые должны быть превращены в организующие силы. Эти люди смогут сказать: в душе моей вспыхивает нечто, что не нуждается в превращении. От Духа, существующего только для духовных миров, я кое-что взял с собой в этот, физический мир, несмотря на то, что живу в моем теле. Этот Дух приведет людей к тому, что они увидят сказанное о Теодоре в драме-мистерии, а именно, что люди будут видеть эфирный образ Христа. Сила Духа, которая таким образом войдет в физические тела, даст человеку духовное прозрение и возможность видеть и понимать духовные миры. В начале их надо будет принять, а затем люди начнут взирать на них с пониманием, созерцание придет, потому что Дух так охватит души, что они внесут этот Дух в тела, и Дух засветится в их земных воплощениях. Сперва он засветится у немногих, а затем Дух засветится уже у многих. И если мы можем сказать: через Святого Духа мы пробуждаемся в великий Полуночный Час бытия, — то должны, с другой стороны, сказать, смотря на то, что принесет Дух в будущем земному развитию: в лежащей в физическом теле душе является то, что дает прозрение в духовные миры, и это будет все больше и больше пробуждаться в душе Святым Духом. Пробужденный Святым Духом в полуночный час человек будет пробужден также и в своем физическом теле, когда он вживется в физическое бытие. Он внутренне проснется благодаря тому, что Дух пробудит его ото сна, в который он был бы иначе погружен, просто вследствие рассматривания чувственного мира и вследствие наличия рассудка, который связан с мозгом. Люди постоянно спали бы под влиянием связанного с мозгом рассудка и под влиянием простого чувственного созерцания, однако, в этот сон, который в будущем все больше и больше омрачал бы человечество, будет светить Дух, находящийся в человеке также и во время физического бытия. Посреди умирающей постепенно духовной жизни, посреди умирающей вследствие простого чувственного созерцания духовной жизни на физическом плане из-за рассудочного мира, человеческие души будут пробуждены и в физическом бытии Святым Духом.

PER SPIRITUM SANCTUM REVIVISCIMUS


Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Другие публикации
  • Первая лекция (Вена, 9 апреля 1914 года).
  • Вторая лекция (Вена, 10 апреля 1914 года).
  • Третья лекция (Вена, 11 апреля 1914 года).
  • Четвёртая лекция (Вена, 12 апреля 1914 года).
  • Пятая лекция (Вена, 13 апреля 1914 года).
    Вернуться назад


  •  Ваше мнение
    Ваше отношение к Антропософии?
    Антропософ, член Общества
    Антропософ, вне Общества
    Не антропософ, отношусь хорошо
    Просто интересуюсь
    Интересовался, но это не для меня
    Случайно попал на этот сайт



    Всего голосов: 4395
    Результат опроса