Сайт «Антропософия в России»


 Навигация
- Главная страница
- Новости
- Антропософия
- Каталог файлов
- Поиск по сайту
- Наши опросы
- Антропософский форум

 Антропософия
GA > Сочинения
GA > Доклады
Журнал «Антропософия в современном мире»
Конференции Антропософского общества в России
Общая Антропософия
Подиум Центра имени Владимира Соловьёва
Копирайты

 Каталог файлов
■ GA > Сочинения
■ GА > Доклады

 Поиск по сайту


 Антропософия
Начало раздела > GA > Доклады > Апокалипсис Иоанна

Шестая лекция (Нюрнберг, 23 июня 1908 года).


В материалистической науке общепринято, за исключением некоторых кругов, которые за последнее время решились на другое объяснение, представлять возникновение нашей нынешней солнечной системы так, что она образовалась из своего рода первобытного тумана, обнимавшего пространство, переходящее за орбиту Нептуна, следовательно, до пути крайней планеты нашей солнечной системы. И полагают, что там вследствие процесса уплотнения постепенно образовалось наше Солнце и движущиеся вокруг него планеты. Как сказано выше, немногие ученые в настоящее время являются представителями несколько иного воззрения, но все же и они не дают ничего существенного для нас, заступающихся за спиритуалистическое мировоззрение. Следовательно, сжалось в шар наше Солнце с вращающимися вокруг него планетами. При этом всегда, и даже в настоящее время, в школах демонстрировали хороший пример, сравнение, которое должно вполне наглядно показать, как может возникнуть целая планетная система в результате такого вращения. Берут вещество, плавающее в воде, и делают его шарообразным. Затем вырезают маленькую пластинку, которую можно по линии экватора так продвинуть через этот масляный шар, что он разделяется на две половины. В него сверху втыкают булавку и затем кладут его в воду, чтобы он плавал. Теперь, когда этот маленький шар приводится во вращательное движение, видно, как отделяется сперва одна капля и в виде наружного тела вращается кругом основного шара, как после этого отделяются вторая и третья капли и, наконец, остается одна большая капля, вокруг которой вращаются много маленьких. «Планетная система! — говорят вам, — в малом масштабе». «Почему бы, — думают, — из такого первобытного тумана не могла когда–то давно, в результате такого вращения, возникнуть наша солнечная система, когда ведь это можно сейчас подражательно повторить на такой миниатюрной солнечной системе?» Обычно это сравнение представляется людям чрезвычайно убедительным, и теперь они понимают, каким образом когда–то из такого первобытного тумана откололись Сатурн, Юпитер, Марс, Земля, Меркурий. Но вся эта история — не только сравнение, но и вообще все воззрение — вытекает из недальновидности всего современного мышления. Ведь эти, иногда весьма ученые, мужи с такой очевидностью проводящие это сравнение, забывают при этом только одно, а именно: что они сами присутствуют при этом и приводят в движение иглу. Конечно, самозабвение в некоторых областях жизни весьма похвально, но в данном случае как раз самим экспериментатором упускается из виду то самое важное, без чего масляная капля вообще не стала бы вращаться. Ученый, придерживающийся такого суеверия — это суеверие называется системой Канта–Лапласа, — должен был бы иметь хоть немножко последовательности в мышлении, он должен был бы, по крайней мере, принять, что какое–то существо должно было тогда принести себе в мировое пространство исполинский стул и привести в движение исполинскую ось. Это следовало бы, по крайней мере, предпослать, но человеческое мышление постепенно так привыкло иметь в виду только материальное, что вовсе не замечает противоречия такого суеверия.

На самом деле в этой так называемой Кант–Лапласовой мировой системе есть доля правды, хотя она лежит не в том, как материалистическое объяснение ставит этот вопрос. Некоторая истина есть в этом, потому что ясновидящему взору все, что содержит наша нынешняя солнечная система, на самом деле представляется происшедшим из такой первобытной туманной массы, но тому, кто умеет исследовать действительно исторически, будет ясно, что все правильное в Кант–Лапласовой гипотезе имеет свое начало в оккультных традициях. Это было забыто, когда слово «оккультизм» стало пугалом, которого надо было бояться, как дети боятся буки. То, что действительно произошло, произошло в результуте действия духовных Сущностей и сил. Материя ничего не производит, если в основе этого не лежат духовные Сущности.

Сегодня нас завело бы слишком далеко, если бы мы в связи со сказанным вчера взялись за объяснение нашей солнечной системы. Мы оставим без внимания такие планеты, как Сатурн, Юпитер и т.д., и будем иметь в виду только то, что прежде всего имеет значение для нашей человеческой жизни и человеческого развития.

Действительно, когда–то существовал такой первобытный туман, в котором были как бы растворены все части нашей солнечной системы. Но с этим первобытным туманом были связаны так, что они принадлежали к нему, те Сущности, с которыми мы познакомились в течение вчерашнего рассмотрения. Так, например, с этим мировым туманом были связаны все те Сущности, которые на протяжении 24 ступеней прошли ступень человека. Еще и другие Сущности были с ним связаны. Все они обитали в том первобытном тумане, который, если его мыслить без связи с этими Сущностями, является фантастической абстракцией. Таким, как его представляет себе материалистический химик, он невозможен, так как он лишь в мыслях обособлен от действительности. В действительности он имеется только так, что он населен рядом духовных Сущностей. Ибо, когда этот первобытный туман поднялся до своей новой видимости, с ним были связаны все те Сущности, которые когда–то обитали на древнем Сатурне, которые потом прошли через различные ступени развития на Солнце, на Луне, вплоть до Земли, когда после долгого перерыва возник земной туман. И также и другие Сущности, с которыми мы познакомились на Солнце, были связаны с этим первобытным туманом. И эти Сущности, которые находились в этом первобытном тумане, взор которых пронизывал его, именно они–то и вызвали движение. Потому что арены для себя создают Сущности. Там были, например, Сущности, нуждавшиеся в совершенно ином местообитании, чем люди, когда они хотели пройти через соответствующее для них развитие. Люди, жившие на древней Луне в качестве предков нынешних людей, имели только физическое, эфирное и астральное тела. С этими тремя членами своего существа они снова возникли из так называемой Пралайи, как растения из семян. Такой, как вся эта система была вначале, она не годилась для тех существ, которые принесли с собой зачатки нынешнего человека. Если бы сохранилась та быстрота развития, которую наша солнечная система имела вначале, когда она появилась из космического рассвета, человек не смог бы пройти своего развития. Это было бы таким развитием, как если бы вы сейчас родились и затем в кратчайшее время стали уже стариками. Если бы сохранилась та быстрота развития, которая была свойственна Солнцу, вы бы все быстро состарились и не могли бы совершить того медленного прохождения через десятки лет, которое вы проделываете в действительности; через короткое время у вас побелели бы волосы, едва выйдя из детского возраста, вы уже стали бы стариками. Так не должно было быть. Имелись, значит, Сущности, нуждавшиеся в более быстром темпе; они прошли совместно с другими лишь часть развития, а затем выделили себе то мировое тело, которое в качестве Солнца стоит в небе, и это Солнце они сделали местом своего обитания. Вместе со своей сущностью они вытянули солнечную материю. Ибо то Солнце, которое ныне посылает нам свой свет, так же населено духовными Сущностями, как и наша Земля. С каждым направляющимся вниз солнечным лучом на Землю спускаются дела тех духовных Сущностей, которые за время развития Сатурна, Солнца и Луны достигли того, что могут проделать такое быстрое развитие, которое происходит на нынешнем Солнце. Высокие, возвышенные Сущности, связаны с этим солнечным бытием в начале нашего земного развития. И они откалываются. И то, что тогда осталось, вы должны себе представить так, как если бы вы смешали нынешнюю Луну и нынешнюю Землю в огромном горшке, и эти смешанные Земля и Луна сперва некоторое время вращались вокруг Солнца.

Таким образом, мы должны установить, что мы достигаем той точки, которую мы обозначили вчера как становление человека, потому что сперва произошло отделение Солнца от Земли (то есть нынешней Земли плюс нынешняя Луна). На Солнце остались обитать Сущности, являющиеся духовными руководителями земных событий. Когда они перешли с Луны, таких Сущностей было 7; Книга Бытия называет их Элохимами Духами Света. Они некоторое время проделали свое развитие совместно с Землей, а затем выделили себе Солнце, так что теперь они могут с Солнца воздействовать на Землю. Этих Элохимов, значит, было семь. Шестеро из них были таковы, что они связали свое бытие с собственно космическим Солнцем. Один же отделился от них и остался связанным с Землею. Он руководил земным развитием и направлял его изнутри, в то время как другие воздействовали на него извне. Так продолжалось некоторое время.

Но уже после того, на что было указано вчера в отношении древней Луны, вам станет понятным, что с отделением Солнца было связано уплотнение всего того, что осталось как Земля плюс Луна. Для земного развития наступил период, когда не только субстанция, но и все существа прошли через огрубление. Например, те существа, которые позднее стали людьми, которые тогда были еще очень мягкими и тонкими, проявили огрубление в том, что восприняли отвратительные инстинкты. Произошло огрубление жизни.

Таким развитие тоже не должно было оставаться, если должен был возникнуть человек. Наступило бы огрубление; все стало бы плотней и плотней, и люди затвердели бы в мумии, стали бы подобными мумии. И очень скоро получилась бы планета, на которой скопилось бы нечто наподобие некрасивых, но человекоподобных мумий, как бы статуй. Земля стала бы мумифицированной. Должно было наступить иное событие. Именно благодаря господству космического духа Яхве из этой общей массы Земля плюс Луна было выделено, вытолкнуто то, что вы видите теперь на небе как Луну, как этот выжженный лунный шлак. Тогда были выделены не только грубейшие вещественные составные части, но также и самые грубые Сущности. Таким образом, в результате отделения Солнца сперва произошло то, что человек не проходит через слишком быстрое развитие, а в результате отделения Луны было достигнуто то, что развитие человека не пошло по пути усыхания, уплотнения, мумификации. Так Земля была выделена из общей массы, и теперь ход человеческого развития происходил под влиянием этих двух небесных тел, то есть, конечно, их Сущностей — шести солнечных духов и лунного духа, отделившегося ради блага людей, — под их влиянием производится развитие человека на Земле. И оно проводится таким образом, что, по существу, обе эти силы уравновешиваются. Благодаря выходу обеих сил — солнечных и лунных — был достигнут как раз правильный темп развития человечества.

Подумайте только, я говорю это, чтобы пояснить вам это чем–то иным — что было бы, если бы для человека действенным было бы только одно Солнце? Вы знаете, что люди проходят через развитие на Земле, через много–много перевоплощений; вы однажды начали с первого воплощения на Земле и получаете все снова и снова новые тела, пока не настанет последнее воплощение. Человек проходит через ряд инкарнаций; вследствие этого он развивается медленно и от одного воплощения к другому поднимается все выше. Как настоящие духовные младенцы, ступили люди на нашу земную поверхность. Со временем отделения Солнца и Луны от нашей Земли они поднялись до современной ступени. Все эти души вновь появятся в других телах до конца земного развития. Теперь представьте себе, что одно лишь Солнце было бы действенно в человеке, тогда людям пришлось бы все, что они проделывают в столь многих инкарнациях, пройти за время одной единственной. То, что в этих многочисленных инкарнациях поддерживается правильный темп, это обусловлено уравновешиванием сил между Солнцем и Луной извне.

В то время когда, значит, Солнце и Луна выделились, начинается постепенно нынешний человек, создается первый зачаток нынешнего человека. В то время человек еще совершенно не мог так странствовать по этой Земле, как теперь. Вы никоим образом не должны думать, что когда Луна выделилась, человек ходил по этой Земле в телесном образе, как в настоящее время. Сперва проявляются все те формы, которые уже имелись раньше, они как бы повторяются. И когда Земля освободилась от Солнца и Луны, она выглядела приблизительно, как древняя Луна, даже еще мягче. И если бы на Землю взирал глаз, организованный так, как он существует ныне, он бы еще не смог увидеть человека. Зато там были некоторые другие существа, которые были недостаточно зрелыми, чтобы подождать позднейшего времени; они должны были развиться в то время, когда степень развития была еще несовершенной, должны были принять телесный образ; так что некоторые формы низших животных тогда, через некоторое время после отделения Земли от Луны, могли быть зримы в физическом уплотнении. Человек еще не спустился, и даже еще не снизошли высшие млекопитающие. Человек был еще духовным существом. В виде духовного существа витал он вокруг Земли. Из окружения Земли он воспринял тончайшую материю. Постепенно человек уплотнился настолько, что смог спуститься — там, где Земля стала уже твердой и образовала отдельные острова.

Таким образом, мы видим, что первые люди появились сравнительно поздно и что они тогда имели совершенно иной состав, чем теперешний человек. Я не осмеливаюсь описать вам образы людей, которые, так сказать, впервые выкристаллизовались из духовного; хотя вам пришлось выслушать уже много кажущегося невероятным, все же вы были бы слишком шокированы, если бы я описал вам причудливо выглядевшие формы тех тел, в которых были воплощены ваши души; вы бы не выдержали такого описания. Однако попозже, когда эти вещи, которые теперь только начинают — благодаря теософическому духовному течению — доходить до сознания людей, когда они все больше и больше завоюют себе это сознание человека, тогда надо будет оповестить об этом, и они будут иметь невероятный успех, колоссальное значение для всей жизни людей. Ибо только благодаря тому, что человек узнает, как именно он развился, — также и телесно, — как те органы, которыми он обладает в настоящее время, постепенно образовались из совершенно иных форм, только благодаря этому он почувствует то замечательное сродство между органами в человеческом теле, которые сейчас кажутся далеко отстоящими друг от друга. Он увидит тогда соответствие, имеющееся между определенными органами, например, между слепой кишкой и трахеей, которые в своей прежней форме у этих замечательных фигур были сращены. Все, чем является в настоящее время человек, это есть развернутое прежнее, которое разнообразнейшим образом теперь разъединено. Органы, находящиеся теперь врозь, прежде были сращены. Но свое сродство они хорошо сохранили. В болезнях часто проявляется это сродство. Тогда обнаруживается, что заболевание одного органа по необходимости влечет за собой заболевание другого. Тогда тем, кто действительно будут изучать медицину, придется сделать разные открытия, о которых современная медицина, являющаяся только сборником всяких заметок и справок, даже не грезит; тогда эта медицина впервые действительно узнает кое–что об истинной человеческой природе. Все это сказано лишь для того, чтобы указать, насколько иной была прежняя фигура человека!

Лишь постепенно вчленились в эту человеческую фигуру твердые части. Постепенно, так как в человеческом теле, даже когда он уже спустился на Землю, еще не было костей. Кости развились из мягких, хрящеподобных образований, которые в виде веревок пронизывали человеческое тело. А они, в свою очередь, возникли из совсем мягких веществ; эти последние же — из жидких, текучих; текучие — из воздуховидных, воздуховидные — из эфирных и эфирные — из астральных, уплотнившихся из духовной субстанциональности. Все материальное в конце концов возникло из духовного. В духе все преобразовано. Только в то время, на которое мы указали как на атлантический период, человек постепенно достиг того, что образовал свою костную систему, предрасположение к которой уже имелось раньше.

Теперь рассмотрим подробнее этого доатлантического человека, чтобы мы могли лучше понять автора Апокалипсиса. Довольно лишь указать на то, что после первого времени, когда Луна отделилась от Земли и на последнюю спустился человек, что тогда человек в отношении силы своего воления был совершенно иным, чем потом. Тогда сила воли человека действовала магически. Человек своей волей способен был воздействовать на рост цветов. Когда он напрягал свою волю, он мог заставить цветок быстро вырасти — способность, которая в настоящее время достигается анормальной процедурой развития. Поэтому тогда все природное окружение зависело от того, какой была воля человека. Если он был добрым, он успокоительно действовал на колыхание водных масс, на бурю и на весьма распространенные тогда огневые образования — ибо тогда Земля была большей частью вулканической природы. На все это человек воздействовал успокоительно с помощью доброй воли и разрушающе — в результате злой воли. Злая воля могла уничтожить целые острова. Таким образом, воля человека всегда находилась в согласии с его окружением. Материковые массы, на которых жил тогда человек, погибли в основном в результате злой воли людей. И лишь малая часть тогдашних людей (здесь мы опять–таки должны различать между развитием рас и развитием душ!) спаслась и перешла в тот период, который мы можем правильно описать, потому что на нашем языке можем найти те слова, которые могут передать ясновидящее восприятие.

После этой катастрофы мы приходим к древнему атлантическому времени, к тому времени, когда человеческий род в основном развивался на континенте, образующем ныне дно Атлантического океана, между современной Европой и Америкой. Тогда человек жил при совершенно иных физических и вообще иных условиях. Вначале он, несомненно, был образом, воспринимавшим совершенно иначе, чем нынешний человек, — на это мы уже указывали в первой лекции и потом, позднее; сегодня мы еще раз, несколько точнее, укажем на это совершенно иное воззрение тогдашнего человека. Человек еще обладал своего рода древним ясновидением по той причине, что структура членов его тела была не такая, как теперь. Эфирное тело еще не было так тесно связано с физическим. Эфирное тело головы далеко выдавалось из физического тела. Лишь к последней трети атлантического времени выдававшееся наружу эфирное тело сжалось и получило форму нынешней физической человеческой головы. Вследствие того, что этот древний атлант был сформирован совершенно иначе, чем современный человек, и в структуре своих членов был иным, и вся жизнь сознания, вся жизнь души этого древнего атланта была иной. И тут мы еще должны коснуться — если хотим правильно понять автора Апокалипсиса — очень важной, но очень таинственной главы.

Если бы вы вступили в эту древнюю Атлантиду, вы бы нашли, что она не была окружена таким чистым воздухом, как теперешняя Земля, а воздухом, пропитанным туманными, водными массами. Чем дальше развивается Атлантида, тем прозрачнее и чище делается воздух; но туманы были гуще всего там, где расцвела упомянутая, более высокоразвитая атлантическая культура. Там, где господствовали самые сильные туманы, из этих туманов развилась основа для позднейших культур. Вся Атлантида была всюду пронизана такими туманами. Такого распределения дождей и солнечного сияния, как теперь, тогда не было. Поэтому в древней Атлантиде не могло возникнуть то, что вы знаете как радугу. Вы можете обыскать всю Атлантиду — вряд ли вы найдете радугу. Только после того, как уплотнение вод привело к затоплению, когда на Земле настал всемирный потоп, только тогда радуга смогла физически возникнуть. И здесь перед вами момент, когда данные духоведения вызывают в вас глубочайшее благоговение перед религиозными памятниками. Потому, что когда вам рассказывают, что после потопа Ной — представитель тех, которые спасли от гибели человеческий род, — впервые видит воздвигную радугу, то это действительно историческое событие. Первую радугу человечество видит после потопа, до этого ее физически не могло быть. На этом вы видите, как глубоко, как буквально истинны религиозные памятники. В настоящее время некоторым не по душе, когда говорят, что религиозные памятники буквально правдивы. Некоторые цитируют поговорку, которая правильна, но которая теми, кто хочет все упростить для удобства, цитируется не как истинное слово, а ради удобства, а именно: «Буква убивает, а дух оживляет». Отсюда они считают себя вправе вообще совершенно игнорировать то, что стоит в памятниках, и не чувствуют ни малейшего желания вникнуть, познать то, что в них действительно написано, потому что это, как они говорят, «убивающая буква». И таким образом они дают блистать своему духу, который выдумывает всевозможные нелепые фантазии. Они могут быть очень остроумны, эти люди, в своих объяснениях, но ведь дело не в этом, а в том, чтобы действительно видеть в памятниках то, что в них есть. «Буква убивает, но дух животворит», — это слово в мистической речи имеет то же значение, что и слова Гете: «Кто не имеет этого, — этого Умри и Будь! — тот остается мрачным гостем на темной Земле». Эти слова не означают: «Если ты хочешь привести кого–нибудь к высшему познанию, ты должен его убить», а означают: «Человек должен именно с помощью культуры физического мира подняться до духовности». Таким образом, и буква является теперь телом духа, но сперва надо ее иметь и понимать, тогда можно сказать, что, исходя из нее, можно найти дух. Тогда буква, правильно понятая буква, должна умереть для того, чтобы из нее воскрес дух. Слово не есть указание, о котором можно всячески фантазировать в отношении того, что стоит в религиозных памятниках. Именно тогда, когда мы познаем истинное значение, например, этой радуги, как мы его изобразили, в нашей душе возникает нечто подобное глубокому благоговению перед религиозными памятниками, и нам становится понятным, как благодаря углублению восприятия в результате теософического мировоззрения человек приходит к истинному, настоящему чувству и подходит к истинному волевому пониманию религиозных памятников.

Теперь снова оглянемся на древнюю Атлантиду. Мы уже говорили, что там человек жил в другом состоянии сознания, что память у него была другая, чем теперь, но разница еще гораздо более значительна. Когда мы возвращаемся далеко назад, не только до конечного времени Атлантиды, а ко времени ее начала, мы находим человеческое сознание весьма отличным от того, которое мы имеем теперь.

Представим себе еще раз, что имеется в настоящее время. В течение дня человек пользуется своими чувствами. Вечером он засыпает. В постели лежат физическое и эфирное тела; астральное тело и “Я” выходят наружу. Сфера сознания затемняется. Современный человек ничего не видит, ничего не слышит. А утром опять, когда астральное тело и “Я” погружаются в физическое и эфирное тела, физические предметы вновь проявляются. Как же обстояло дело в первое атлантическое время? Возьмем тот момент, когда утром человек погружался в физическое и эфирное тела; в то время он в эту минуту не был окружен таким физическим миром, как теперь. Все теперешние предметы, которые вы видите с ясными границами, вы бы увидели окруженными как бы аурой, цветной каймой, совершенно расплывчатой, так же, как вы вечером, при густом тумане, не видите на улице огней, а вместо них такую цветную кайму вокруг горящих фонарей. Так было в древней Атлантиде. Все предметы вы видели расплывчатыми, ничто не имело контуров и поверхностей, как теперь, все было как бы в оболочке туманных красок. Лишь постепенно образовалось то, что является твердой границей. Если бы перед нами находилась роза, то мы в первые времена древней Атлантиды видели бы, как там возникает туманный образ, как посередине имеется красный круг розы и лишь постепенно вы бы увидели внешние краски как бы наложенными на поверхность. Предметы лишь позднее получили ясные очертания. Следовательно, как вы видите, окружающий физический мир теперь совершенно иной, чем он был в Атлантиде. Зато иначе было все и тогда, когда вы вечером покидали свое физическое тело и, скажем, засыпали. Собственно говоря, это не было засыпанием в нынешнем смысле. Конечно, весь мир туманных физических образов оставался внизу, но возникал духовный мир. Без твердых границ вы вживались в духовный мир. Духовные Сущности были вашими сообитателями. Так чередовались день и ночь в первое атлантическое время; когда человек погружался в свое физическое тело, он имел лишь неясные, расплывчатые образы физического, но когда он ночью покидал физическое тело, он имел возможность, хотя и несколько расплывчато, но все же духовно жить среди духов, двигаться среди них. И, прежде всего, вся жизнь ощущений человека была ведь иная в древнее атлантическое время. Тогда вы не испытывали, выходя из внутреннего, из ваших физического и эфирного тел, утомления, потребности в покое. Вы бы и не нашли покоя. Вы должны были вступить в духовный мир, там была сфера деятельности. Но зато когда наступало утро, вы чувствовали потребность в покое, и тогда вы спешили в вашу постельку, которой было ваше собственное тело. Там вы покоились. Вы заползали в ваше собственное тело и покоились там именно днем. Следовательно, в первое время Атлантиды все было совершенно иначе, чем теперь. Атлантический период протекает так, что человек из совершенно противоположных состояний прошлого постепенно вживается в позднейшие. Он вживается постольку, поскольку его эфирное тело все больше вгоняется в его физическое тело. В последней трети атлантического времени эфирное тело было вогнано в физическое. До этого события человек чувствовал себя там, наверху, в духовном мире бодрствующим. Но, как таковой, он не говорил сам про себя “Я”, он не имел самосознания. Когда он выходил из физического и эфирного тел, чтобы вступить в свет ночи, он ощущал себя вполне членом духовности, господствовавшей там, в выси, чувствовал себя, так сказать, безопасно скрытым в своей древней групповой душе. Каждый раз вокруг него ночью делалось светло, но он чувствовал себя несамостоятельным. Как относятся наши пальцы к нашему “Я”, так чувствовали себя люди принадлежащими к групповым душам, которые ясновидящему взору представляются так, как они описаны в Апокалипсисе Иоанна в виде четырех голов Льва, Быка, Орла и Человека. Человек чувствовал себя перенесенным в какую–либо одну из таких групповых душ. И только когда он находился в своем теле, как улитка в своей раковине, он чувствовал, что обладал чем–то собственным. Потому что то, что человек стал самостоятельным существом, произошло по той причине, что он смог замкнуться в своем теле. Конечно, он должен был за это замыкание в собственном теле расплатиться тем, что духовный мир для него постепенно омрачался, что он совершенно отстранился от него. Зато все светлее и яснее становился тот мир, который он видел внизу, будучи в физическом теле. Благодаря этому он все больше начинал понимать, что он есть “Я”, что он в самом себе несет самосознание. Он научился говорить про себя “Я”. Если мы хотим охарактеризовать то, что тогда случилось, мы должны представить себе человека как бы выползающим из своей раковины в духовный мир. Там он находится среди духовно–божественных Сущностей. Оттуда навстречу ему звучит его имя, то, чем он является. Одной группе навстречу звучит то слово, которое на первобытном языке имелось для этой группы; другой группе навстречу звучит другое слово. Человек не мог назвать сам себя изнутри, он должен был получить свое имя звучащим ему навстречу извне. Когда он таким образом выползал из раковины своего тела, он знал, чем он был, потому что это звучало в его душу. Теперь, когда он научился в своем теле воспринимать физическое окружение, он научился чувствовать себя как “Я”, научился в самом себе ощущать ту божественную силу, которая раньше звучала ему извне, научился в самом себе чувствовать Бога. Того Бога, который был для него ближайшим, который одновременно указывал ему его “Я”, который был руководителем “Я”, он называл Яхве. Силу этого Бога человек чувствовал прежде всего возникающей в его “Я”. С этим были связаны внешние события. Когда первый атлант таким образом погружался в свое физическое тело, он тогда тоже взирал на небесное пространство и там видел — как было сказано — не настоящую радугу, а нечто вроде цветного круга, который находился там, где позднее стало видно Солнце. Солнце еще не пронизывало своей силой, но оно воздействовало сквозь туман. Задержанное, осложненное туманом, оно воздействовало своей силой на Землю. Все больше и больше выходило оно, так что все, описанное выше — это возникновение внешнего сознания, — было связано с высвобождением Солнца из тумана. То, что было в выси, там, где свое местообитание имели шесть других духов, которые совместно с Яхве должны были руководить развитием Земли, это постепенно выявлялось, это в своих действиях посылало свое сияние на Землю. Так оно выявлялось.

Что же произошло с человеком? Человек по своей собственной душе, по своему духу раньше, когда он выходил из своего тела, когда, так сказать, наступала ночь, вступал во внутренний, астральный свет, для которого внешнего Солнца не требуется. Этот свет разливался кругом него. Это был тот самый свет, который позднее физически излучался от Солнца, из могучих, значительных Сущностей. Когда человек еще больше замкнулся в свое физическое сознание, врата внутреннего видения закрылись. Мрак окружал его, когда он ночью покидал свое физическое и эфирное тела и вступал в духовный мир. В той же мере, в которой он замыкался, в той же мере восходил тот внешний свет, который представляет дела духовных Сущностей Солнца; свет духовных Сущностей извне светил на Землю. Человек готовился к тому, чтобы рассматривать внешний свет как нечто материальное. В его настоящее омраченное внутреннее сиял свет, но свет сперва не был понят царящей в нем тьмою. Это всемирно–историческое космическое событие. Ценою духовного помрачения человек купил тогда свое самосознание. Так человек вырос из светлости групповых душ. Но это было лишь самым первым рассветом индивидуальности. Долго–долго тянулось время, пока индивидуальность действительно овладела человеком. Минуло последнее атлантическое время; наступил Потоп. Началось послеатлантическое время; протекла и прадревняя индийская культура. Тогда самосознание отнюдь еще не процветало. Затем наступило персидское, египетско–вавилонское время. Все больше созревал человек для развития в себе самосознания. Наконец наступил четвертый период. Тогда произошло нечто, имевшее колоссальное значение, к чему все предшествовавшее было подготовкой. Представьте себе, что вы были бы перенесены с Земли на одну из далеких звезд и, одаренные ясновидящим оком, смотрели бы вниз, на Землю, с той далекой звезды. Вы увидели бы, что Земля в качестве физического тела является именно не только физическим телом и что она, как и человек, обладает эфирным и астральным телами. Земля также имеет все это. Вы бы увидели Землю, окруженную ее аурой, и в течение тысячелетий вы могли бы прослеживать с той далекой звезды развитие земной ауры; вы увидели бы эту Землю включенной в различные цвета; в середине физическое ядро и вокруг него волнуется аура в различных формах и цветах, и внутри этой духовной атмосферы Земли самые разнообразные образы. Вы бы увидели, как эти цвета и формы в течение тысячелетий изменялись, но вот наступил бы момент, момент большого значения: вся аура принимает иную форму и иную окраску. Земля появляется в новом свете, сперва при взгляде снаружи. И это восходит с невероятной быстротой, так что приходится сказать себе: с этого момента с Землей произошло основное превращение, аура Земли совершенно преобразовалась. Что же это за момент? Это тот момент, когда на Голгофе истекла кровь из ран Спасителя. Этот момент чрезвычайной важности, самый значительный момент в развитии Земли! Тот момент, когда из ран Спасителя истекает кровь, это тот самый, когда аура Земли образуется заново. Вступает совершенно новая сила, та сила, которая является главнейшим импульсом для развития Земли, лишь подготовлением к которой было все, что мы видели до сих пор.

Для химика кровь, пролитая на Голгофе, такая же, как и всякая другая. Но это кровь совершенно иная. Она означает, что материя крови истекает на земную почву и что соответствующий этому дух наполняет земную ауру новыми импульсами и новыми силами, имеющими значение для будущего развития человечества. Оттуда излучаются те силы, которые изменяют Землю, оттуда они излучаются через человека. Лишь малая часть того, что втекло в тот момент, исполнилась до сего дня. Все больше и больше научатся люди понимать, чем стала Земля благодаря этому моменту на Голгофе, чем может стать человек в том сознании, которое он завоевал себе описанным образом со времени Атлантиды. Что же именно он себе завоевал? Две вещи: сознание “Я” и способность видеть но только во внешнем мире. Закрылось перед ним то, что раньше было ему открыто, то есть духовный мир. Поистине, они видели, эти прежние люди, то, что рассказывают позднейшие мифы, — Вотана, Меркурия, Юпитера, Зевса, — все эти образы они ночью лицезрели, они находились ночью среди них. Эти врата, ведущие к духовным Сущностям, закрылись. Зато человек завоевал внешний мир вокруг себя. Духи отступили перед ним; все, что он в то время мог лицезреть, от него отступило. Раньше он видел Божественное, когда выползал из раковины своего тела. Теперь он должен был внутри своего тела видеть Божественное, когда оно должно было предстать перед ним. Это означает только то, что мы должны принять Божественное в телесно видимом образе, потому что человеческое сознание стало таким, что было направлено на физическое смотрение. Поэтому Божественное само должно было принять телесно–физический образ. Поэтому один раз в развитии времен в плотском теле появилось Божественное. Оно должно было так появиться, потому что человек продвинулся до этой степени восприятия. Оно должно было быть так даровано этому его восприятию, чтобы он мог его понять. И все явления, наступившие раньше для других степеней развития, они должны были сомкнуться в том величайшем событии земного развития, которое прольет нам свет на все будущее, которое мы теперь разоблачим с помощью Апокалипсиса, в том событии, которое физически проявляется тем, что капли крови ниспадают на Землю, но, воспринятые ясновидчески, поднимаются как нечто, изменяющее ауру Земли. Сила, влившаяся тогда, будет действовать сообща с Землей на веки веков. Благодаря этому душе Земли, духу всей Земли было привито нечто новое. То, что является Христовым Принципом, тогда связалось с Землей, и Земля стала телом этого Христова Принципа. Так буквально истинно: «Ядущий Мой хлеб поднимет на Меня пяту свою». Когда человек вкушает хлеб Земли, это и есть тело Духа Земли, который с момента события на Голгофе связан с Землей как Дух Христа. И человек ходит по этому телу Земли, он попирает его ногами. Все надо понимать буквально, если мы сперва дадим себе возможность настоящим образом понимать точный текст.

Для такого человека, как автор Евангелия от Иоанна, все, что он знал, что он мог охватить ясновидческим зрением, явилось побуждением к пониманию величайшего земного развития. О том, чему могло научить его ясновидение, он говорил себе: «Я должен это использовать, чтобы понять образ Христа и Его воздействие». Применить все тайноведение для объяснения события на Голгофе — это было тенденцией того, кто написал Апокалипсис. В том, что он мог изучить в тайноведении, он не хотел видеть ничего иного, как только мудрость, способствующую пониманию этого события, которое он таким грандиозным образом поставил перед нашей душой и в отношении которого мы увидим, чем оно стало для него.

Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Другие публикации
  • Теософия и Апокалипсис (Нюрнберг, 17 июня 1908 года).
  • Первая лекция (Нюрнберг, 18 июня 1908 года).
  • Вторая лекция (Нюрнберг, 19 июня 1908 года).
  • Третья лекция (Нюрнберг, 20 июня 1908 года).
  • Четвёртая лекция (Нюрнберг, 21 июня 1908 года).
  • Пятая лекция (Нюрнберг, 22 июня 1908 года).
  • Седьмая лекция (Нюрнберг, 24 июня 1908 года).
  • Восьмая лекция (Нюрнберг, 25 июня 1908 года).
  • Девятая лекция (Нюрнберг, 26 июня 1908 года).
  • Десятая лекция (Нюрнберг, 27 июня 1908 года).
    Вернуться назад


  •  Ваше мнение
    Ваше отношение к Антропософии?
    Антропософ, член Общества
    Антропософ, вне Общества
    Не антропософ, отношусь хорошо
    Просто интересуюсь
    Интересовался, но это не для меня
    Случайно попал на этот сайт



    Всего голосов: 4316
    Результат опроса