Сайт «Антропософия в России»


 Навигация
- Главная страница
- Новости
- Антропософия
- Каталог файлов
- Поиск по сайту
- Наши опросы
- Антропософский форум

 Антропософия
GA > Сочинения
GA > Доклады
Журнал «Антропософия в современном мире»
Конференции Антропософского общества в России
Общая Антропософия
Подиум Центра имени Владимира Соловьёва
Копирайты

 Каталог файлов
■ GA > Сочинения
■ GА > Доклады

 Поиск по сайту


 Антропософия
Начало раздела > GA > Доклады > Евангелие от Иоанна

Одиннадцатая лекция (Гамбург, 30 мая 1908 года).


Если мы хотим все наше рассмотрение сосредоточить на более глубоком понимании в Евангелии от Иоанна слов «Отец и Мать Иисуса» и благодаря этому вообще понять сущность христианства в смысле Евангелия от Иоанна, то для этого нам, прежде всего, необходимо иметь материал для определения понятий «Отца» и «Матери» в их духовном значении, подразумеваемом в Евангелии от Иоанна, и, в то же время, в их действительном значении. Ибо здесь дело идет не о аллегорических или символических толкованиях.

И здесь, прежде всего вам нужно понять, что значит соединиться с высшим миром, стать готовым к принятию высших миров. Для этого нужно рассмотреть сущность посвящения, особенно по отношению к Евангелию от Иоанна. Что значит «посвященный»? Во времена послеатлантического развития посвященным назывался тот, кто мог подниматься в духовные миры, над внешним, физическим, чувственным миром и иметь в них собственные переживания и восприятия в духовных мирах, который, следовательно, переживал духовный мир таким же образом, как человек воспринимает вещи физического мира своими глазами, ушами и т.д. Подобный посвященный становится свидетелем о духовных мирах и их истине. Это одна сторона. К этому привходило еще нечто, существенно отличное от первого, и что каждый посвященный получал во время посвящения, как некое особое свойство, а именно — он поднимался также над теми чувствами и ощущениями, которые, хотя и правомерны и даже глубоко необходимы в мире физическом, но не могут существовать в том же виде в мире духовном. Не поймите это ложно, что будто бы тот, кто как посвященный, в состоянии кроме физического мира переживать еще и мир духовный, должен отвыкнуть от всех человеческих чувств и ощущений, имеющих ценность здесь, в физическом мире, и применять их на высшие миры. Это не так, он не обменивает одно на другое, но к одному присоединяет другое. Если с одной стороны человек должен одухотворить свои чувства, то с другой стороны он должен тем сильнее укрепить те чувства, которые делают его способным для работы на физическом плане. В этом смысле надо принимать слова, применяемые к посвященному: «Он должен стать безродным». Это не значит, что он должен хотя бы в малейшей степени отдалиться от Родины и семьи, пока живет в физическом мире; слова эти главным образом указывают на то, что через усвоение соответствующих чувств в духовном мире чувства физического мира становятся тоньше и лучше. Что значит «безродный человек»? Без этой предпосылки никто не может достигнуть посвящения в истинном смысле этого слова; быть «человеком безродным» значит, что человек не должен создавать себе никаких особых симпатий в духовном мире, которые походили бы на особые симпатии, развиваемые человеком здесь, для отдельных, особых стран и связей.

В мире физическом отдельный человек принадлежит к тому или иному народу, к той или иной семье, к тому или иному сословию. Все это так и должно быть. Он не должен порывать с этим, здесь он нуждается в этом. Но если бы он захотел применить эти чувства в мире духовном, то этим он внес бы в духовный мир очень опасное добавление. Там должно не развивать какую-либо симпатию к чему-нибудь, но предоставлять всему действовать на себя объективно, согласно заключенной в объекте ценности. Можно также сказать, если бы все могли правильно понять это, что именно посвященный должен быть человеком объективным в полном смысле этого слова.

В своем развитии человечество появилось на нашей Земле из предыдущего состояния «безродности», связанного с древним смутным ясновидением. Мы видели, как человечество спустилось в мир физический из духовных сфер. В первоначальных духовных сферах не существовало ничего подобного патриотизму и т.п. Когда люди спустились из духовных сфер, то одна часть их поселилась в одном месте, другая — в другом, и отдельные человеческие группы в отдельных странах сделались отпечатками этих стран. Не думайте, что негр черен лишь в силу внутренних оснований, он стал черным и благодаря приспособлению к условиям своей страны, и с белым дело обстоит так же. И так же, как крупные различия по цветам и кастам, так и более мелкие индивидуальные различия народов возникли оттого, что человек воспринимает нечто из окружающей его обстановки. Но это, в свою очередь, находится в связи со специализацией любви. Любовь развилась сперва в малых общинах благодаря тому, что люди стали различны между собой. И лишь постепенно смогут развиваться люди, исходя из малых общин, до великой общины любви, которая разовьется конкретно вследствие насаждения Самодуха. Итак, посвященный должен был бы как бы предвидеть стремление человечества — преодолеть все преграды, создать великий мир, великую гармонию и братство. Посвященный, становясь безродным, должен был уже заранее принимать в себя однородные ростки великой братской любви. На это символически указывалось в древние времена рассказами о странствованиях, совершенных посвященными. Так рассказывалось о странствованиях Пифагора. Какова их цель? Стать объективным относительно всего, в своих чувствах, которые развились в недрах тесной общины. Задача христианства дает всему человечеству импульс к этому, всему человечеству то, что до тех пор было импульсом лишь для посвященного. Осознаем хорошенько глубочайшую идею христианства, что Христос есть Дух Земли, а Земля — тело и одежда Христа. Примем это в буквальном смысле слова, ибо мы уже сказали, что отдельные слова такого памятника, как Евангелие от Иоанна, мы должны ценить на вес золота. Что знаем мы относительно «одежды» Земли, окидывая взглядом ее развитие? Прежде всего, что эта одежда Земли, т.е. твердые части Земли, разделена (между людьми), — одна часть захвачена одним, другая — другим, в свое обладание. Эта принадлежит тому, другая — этому. Обладание — расширение личности путем присвоения собственности — есть то, что в ходе времени в известном смысле разделило одежду, носимую Христом, Духом Земли. Только одно не могло быть разделено и принадлежит всем — это воздушный покров, окружающий Землю. И из этого воздушного покрова, как в мифе о рае, было вдуто в человека дыхание жизни, и здесь мы имеем первые зачатки “Я” в теле физическом. Воздух нельзя поделить. Посмотрим, указывает ли где-нибудь на это тот, кто в Евангелии от Иоанна дал нам глубочайшую сущность христианства? «Войны разделили одежды Его между собой, хитон же не разодрали». Эти слова раскрывают нам тайну о том, что Земля, как нечто целое вместе с окружающей ее воздушной атмосферой, является одеждой и хитоном Христа. На континенты и страны разделена одежда, но не хитон Его. Воздух не разделен, он равно принадлежит всем. И он является внешним, материальным символом той любви, которая обволакивает земной шар и которая реализуется впоследствии. И во многих других отношениях христианство должно привести людей к принятию всем человечеством кое-чего от духовного принципа посвящения.

Желая понять это, мы должны охарактеризовать само посвящение. Для этого достаточно представить себе в существенном три главных типа посвящения: древнее посвящение йога, собственно христианское посвящение и то, которое совершенно подходит к современному человеку, — христианско-розенкрейцерское посвящение. И теперь покажем, как в основном протекает посвящение для всех этих трех форм, чем оно является, и что оно из себя представляет. Чем приобретает человек способность видеть в духовных мирах? Подумайте, чем получили вы способность воспринимать физический мир? Физическое тело обладает для этого органами чувств. Проследив развитие человечества в его далеком прошлом, вы увидите, что человек еще не обладал глазами для видения, ушами для слышания в физическом мире, но что все это находится в состоянии еще «недифференцированных безразличных органов», как выражается Гете. Как доказательство, вспомните о некоторых низших животных, еще сохранивших доныне подобные безразличные органы. Так, у некоторых вместо глаз — точки, которыми они различают только свет и мрак. И из этих безразличных органов лишь постепенно образовались органы зрения и слуха. Они были, так сказать, врезаны в пластическую субстанцию физического тела. И параллельно с образованием наших глаз для вас возник физический мир красок; параллельно с образованием уха возник физический мир звуков. Никто не имеет права сомневаться в существовании какого-либо мира, он может только сказать: «Я знаю только этот или тот мир», но нельзя сказать: «Я не допускаю возможности существования мира, познаваемого другим», ибо говорящий так требует, чтобы и другие воспринимали не иначе, чем он; он авторитетно требует, чтобы существовало лишь то, что он видит. Если кто-либо нынче скажет нам: «Все это теософские бредни, ничего из того, что утверждают теософы, не существует», то этим он только доказывает, что ни он, ни ему подобные не воспринимают духовных миров. Мы становимся на точку зрения, признающую существование вещей. Но тот, кто допускает существование лишь того, что он воспринимает, требует от нас не только признания того, что он знает, но права авторитетно судить о том, чего он не знает. Нет худшей нетерпимости, чем нетерпимость официальной науки относительно науки о духе, и в будущем эта нетерпимость примет еще небывалые дотоле размеры. Она выступает в самых различных формах. Люди совершенно не сознают, что они часто говорят вещи, которых не должно говорить. На многих правоверных христианских собраниях можно услышать: «Теософы говорят о каких-то тайных учениях христианства; но христианство вовсе не нуждается в этом, ибо допустимо лишь то, что может быть принято к восприятию простым обыкновенным умом». Конечно, это значит не что иное, как то, что он, этот говорящий, может сам понимать и воспринимать. Непогрешимость папы справедливо отрицается многими христианскими общинами, но личная непогрешимость имеет в настоящее время место в самых широких кругах, также и среди христиан. Теософия оспаривается с папистской точки зрения, причем, каждый провозглашает себя в своем роде маленьким папой. Если мы хорошо вдумаемся в тот факт, что фактически чувственный мир существует для нас благодаря образованию отдельных органов физического тела, то нам уже не покажется удивительным, что восприятие высшего мира зависит от образования высших органов в высших членах существа человека, в его эфирном и астральном теле. Физическое тело в этом отношении уже вооружено теперь своими органами, эфирное и астральное тело еще нет, — их еще нужно выработать там, а когда они имеются, то наступает то, что мы зовем восприятием высших миров.

Поговорим теперь о том, как строятся эти органы в эфирном и астральном теле. Мы сказали, что высшие органы развиваются у стремящегося к посвящению и получающего его. Как достигается это? Прежде всего, нужно взять астральное тело человека там, где оно является в своей чистоте. Пока астральное тело во время бодрствования погружено в тело физическое, то силы этого последнего действуют на астральное тело. Оно тогда не свободно. Оно следует желаниям тела физического, и тут с ним, так сказать, ничего нельзя поделать. Начать работать над ним, преобразовывать его можно лишь во время сна, когда астральное тело выходит из физического. Высшие органы восприятия могут быть образованы в астральном теле человека лишь путем выработки их в то время, когда оно само находится вне физического тела, — во сне, но нельзя работать над спящим человеком. Для современного человека было бы невозможно воспринять происходящее с ним при этом. Находясь в бессознательном состоянии, он не может воспринять этого. Здесь кроется кажущееся противоречие, но во время сна астральное тело не сознает своей связи с физическим. Нужно действовать на астральное тело косвенным образом, именно так регулировать дневные впечатления физического тела, чтобы ночью они оставались, как отпечатки, в теле астральном. Для этого нужны особые приемы, и работа над жизнью и впечатлениями физического тела. У ученика день его должен проходить иначе, чем у человека, стоящего в обыденной жизни. Согласно предписанным методам, он должен постепенно овладевать своей внутренней жизнью. Для этого нужны упражнения, медитации, концентрации или созерцания. Эти упражнения также строго предписываются в соответствующих школах, как, например, микроскопические исследования в лабораториях. Если ученик выполняет эти упражнения, то их действие столь интенсивное, что его астральное тело пластически преобразовывается, когда выходит во время сна. Совершенно так же, как губка, пока я держу ее в руке, приспособляется к форме руки, так и астральное тело изменяет свою форму, следуя астральным силам, заложенным в него. Средством для этого служат те духовные упражнения, которые ученик предпринимает в течение дня, и при помощи которых астральное тело ночью так видоизменяется, что в нем образуются органы восприятия высших миров.

Медитацию можно производить трояким образом: или обращать наибольшее внимание на мышление человека, на так называемый чистый элемент мудрости мысли — это путь «йога», которая главным образом работает над этой мыслительной стороной, над созерцанием. Затем можно действовать больше на элемент чувства путем особой выработки его: это собственно христианское направление. И, наконец, можно сочетать работу над чувством и волей, и тогда это христианско-розенкрейцерское направление. Рассмотрение сейчас посвящения йога завело бы нас слишком далеко, да оно и не имеет никакого отношения к Евангелию от Иоанна. Из рассмотрения посвящения чисто христианского мы поймем, в чем состоит посвящение вообще. Для человека современных кругов общества такое христианское посвящение почти невозможно. Оно требует временного затворничества. В розенкрейцерском же посвящении человек может достигнуть высших миров, не жертвуя своими обязанностями. Но общий принцип посвящения мы можем вполне уяснить себе и из христианского посвящения. Чисто христианское посвящение работает исключительно на чувстве, и я укажу вам на семь переживаний, как на семь ступеней чувства, переживание которых действует на астральное тело таким образом, что оно развивает в себе ночью высшие органы восприятия. Уясним же себе, как должен жить христианский ученик, чтобы пройти эти ступени.

Первая ступень называется «омовением ног». Здесь учитель говорит ученику: «Взгляни на растение. Его корни находятся в почве, и эта минеральная почва есть нечто низшее, чем само растение. Если бы растение могло сознавать себя, то оно должно было бы сказать земле: хотя я и высшее существо, но без тебя я не смогло бы жить, ибо наибольшее количество питания я получаю от тебя». И если бы растение могло обратить это в чувство, то оно должно было бы склониться к камню, говоря: «Хотя ты и низшее существо, камень, но я склоняюсь перед тобой, ибо тебе я обязано своим бытием». Если мы поднимемся к животному, то увидим, что оно подобным же образом должно было бы относиться к растениям, говоря: «Хотя я и выше, чем растение, но низшему царству природы обязано я своим существованием». И если, следуя таким образом, мы поднимемся до человека, то поймем, что каждый стоящий несколько выше на общественной лестнице должен склониться к низшей ступени со словами: «Низшей ступени я обязан своим существованием». И это восходит, таким образом, вплоть до Иисуса Христа. Двенадцать окружающих Его находятся ступенью ниже, чем Он, но подобно тому, как растение развивается из камня, так Христос Иисус вырастает из двенадцати. Он склоняется перед двенадцатью и говорит: «Вам обязан Я своим бытием». Объяснив это ученику, Учитель говорит ему: «В продолжение недель должен ты предаваться космическому чувству того, как высшее должно склониться к низшему, и когда ты вполне разовьешь это в себе, то переживешь некий внутренний и внешний симптом». Последние не существенны, но лишь показывают, что ученик достаточно упражнялся. Когда физическое тело в достаточной мере испытывало на себе подобное влияние души, то для ученика это выражается во внешнем симптоме, в ощущении, как если бы его ноги обмывались водой; ощущение это вполне реальное. И как другое реальное чувство перед ним на астральном плане встает как яркое видение омовение ног, склонение Высшего Духа к низшему. Тогда человек переживает астрально то, что в Евангелии мы находим как изображение исторического события.

Вторая ступень состоит в том, что ученику говорят: «Теперь другое чувство должны мы развить в тебе. Ты должен представить себе, как вся боль, все страдания мира обрушиваются на тебя, почувствовать, что ты стоишь беззащитным от напастей, всевозможных бед, и ты должен в своем чувстве оставаться твердым, хотя бы тебя охватила вся скорбь мира». И тогда, когда ученик достаточно упражнялся, вновь появляются два симптома. Один, как если бы ученика со всех сторон бичевали, а другой — астральное видение «бичевания». Я рассказываю нечто такое, что было пережито сотнями людей и что сделало их способными подняться в духовные миры.

В третьей ступени ученик должен представить себе, что все наиболее для него священное, на чем держится все его существо, клеймится насмешкой и презрением. Здесь он должен сказать себе: «Что бы ни случилось, я буду стойким и буду бороться за то, что для меня священно». Вживаясь в подобное представление, он ощутит как бы уколы в голове и переживает астральное видение — «возложение тернового венка». Я опять повторяю, что суть здесь не в симптомах, но что они появляются как следствие упражнений. Причем, принимаются меры, чтобы не могло быть и речи о внушении или самовнушении.

Четвертая ступень — ученик начинает чувствовать свое тело столь же чуждым себе, как какой-нибудь внешний предмет, например, как кусок дерева, так что он не говорит уже своему телу “Я”. И это чувство должно до такой степени овладеть им, что он говорит себе: «Я ношу с собой свое тело, как ношу свое платье». Он не связывает больше свое “Я” со своим телом. Тогда он переживает то, что называют испытанием крови. Являясь во многих других случаях болезненным состоянием, здесь, где все болезненное должно быть удвоено, — оно есть следствие медитации. На ногах, на руках и на правой стороне груди выступают так называемые стигматы, а как внутренний симптом учения видит в астральном видении «распятие».

Лишь вкратце можем мы коснуться пятой, шестой и седьмой ступени чувств (в христианском посвящении). Пятая ступень состоит в том, что называют «мистической смертью». На этой ступени ученику дают пережить чувство, как если бы в одно мгновение перед всем физически видимым упала черная завеса и как если бы все физически видимое исчезло. Этот момент посвящения сопровождается еще одним, крайне важным, переживанием, которое необходимо пережить каждому, стремящемуся к христианскому посвящению в истинном смысле этого слова. Ученик как бы погружается в бездны зла, боли, греха, во все, что как злое живет в человеческой душе, испытывает он погружение в ад. Это есть «нисхождение в ад». Раз это пережито, то черная завеса разрывается и раскрывается духовный мир.

Шестое называется «положением во гроб и воскресением». На этой ступени ученик чувствует себя единым со всем земным телом, как бы вложенным в него, объединенным со всем земным шаром. Его жизнь расширилась до пределов планетарной Земли.

Седьмое чувство невозможно описать словами: описать его мог бы только человек, мыслящий без посредства физического мозга, а для этого нет языка, ибо наш язык заключает обозначения, приложимые только к физическому плану. Поэтому возможно только указание на эту ступень. Она превосходит всяческое представление человека. Ее называют «вознесением» или полным вхождением в духовный мир.

Здесь замыкается лестница тех чувств, в которые должен погрузиться ученик в состоянии дневного бодрствования при полном внутреннем сосредоточении. И если ученик отдался этим переживаниям, то они действуют столь сильно на его астральное тело, что ночью в нем пластически образуют внутренние органы восприятия.

В посвящении розенкрейцерства не проходятся эти семь ступеней чувства, хотя действие аналогично только что описанному. Всякое посвящение требует, прежде всего, переработки астрального тела путем дневных переживаний таким образом, чтобы ночью в своем свободном состоянии оно само себе создало новую пластическую форму. И когда таким образом человек сам придал своему астральному существу пластическую форму, тогда астральное тело становится собственно новой частью человеческого существа. Оно совершенно пронизывается Манасом или Самодухом. И когда астральное тело таким образом расчленено, то следует эти его пластические образования перенести в тело эфирное. Как, нажимая печатью на сургуч, вы получаете изображение не только на самой печати, но и на сургуче, так и астральное тело должно погрузиться в тело эфирное, дабы оттиснуть в нем добытое им. Первая фаза — переработка астрального тела — одинакова во всех методах посвящения. Различие же касается лишь перенесения достигнутого в тело эфирное.

Об этом мы скажем завтра, выяснив различие трех главных видов посвящения, ставших глубочайшими импульсами развития в послеатлантическое время, и укажем на значение посвящения для развития человечества вообще. И тогда нам станут ясными и те страницы Евангелия от Иоанна, о которых мы еще не говорили.


Распечатать Распечатать    Переслать Переслать    В избранное В избранное

Другие публикации
  • Первая лекция (Гамбург, 18 мая 1908 года).
  • Вторая лекция (Гамбург, 19 мая 1908 года).
  • Третья лекция (Гамбург, 20 мая 1908 года).
  • Четвертая лекция (Гамбург, 22 мая 1908 года).
  • Пятая лекция (Гамбург, 23 мая 1908 года).
  • Шестая лекция (Гамбург, 25 мая 1908 года).
  • Седьмая лекция (Гамбург, 26 мая 1903 года).
  • Восьмая лекция (Гамбург, 27 мая 1908 года).
  • Девятая лекция (Гамбург, 29 мая 1908 года).
  • Десятая лекция (Гамбург, 30 мая 1908 года).
    Вернуться назад


  •  Ваше мнение
    Ваше отношение к Антропософии?
    Антропософ, член Общества
    Антропософ, вне Общества
    Не антропософ, отношусь хорошо
    Просто интересуюсь
    Интересовался, но это не для меня
    Случайно попал на этот сайт



    Всего голосов: 4517
    Результат опроса